ПРЕДЫДУЩАЯ ЧАСТЬ: СТАРАЯ ФОТОГРАФИЯ
С наступлением безветренной глубокой ночи дом одиноких супругов на окраине города поглотила властвующая тьма. На небе как по мановению волшебной палочки зажглись миллионы холодных звезд. Луна сегодня была полной: ее нежное серебряное сияние тихо-спящей волной полностью накрыло маленький городок.
Кону было тоскливо на душе. Он разбудил жену, которая крепко уснула на широком диване в гостиной еще до наступления полной темноты. Они вместе отправились в спальню. Стефани предложила разогреть ужин, но Кон отмахнулся. В этот вечер он был отягощен думами и есть совершенно не хотелось.
Когда Стефани сняла с большой кровати кремовое покрывало, расшитое золотыми витиеватыми узорами, и, поправив постельное белье, переоделась в легкое и светлое полупрозрачное ночное платье для сна, не прекращая при всем этом зевать, Кон сделал то же самое. Он второпях расстегнул нарядную рубашку, снял брюки, и со всей присущей ему максимальной аккуратностью, положил одежду во встроенный в гладкую темно-зеленую стену изящный шкаф, не заметив, что из кармана рубашки что-то выпало.
Но зоркий глаз Стефани заметил.
Она подошла и согнулась, чтобы поднять упавшую вещь.
— У тебя выпало, — сказала она и вдруг замолчала. — Погоди, это что, фотография с Лизой? — спросила Стефани, вопрошающе глядя на снимок, а затем на лицо невозмутимого мужа. — Зачем ты оставил ее у себя?
Кон выхватил фотографию и, заикаясь, ответил.
— Наверное, забыл положить к остальным. Не волнуйся, завтра отнесу в сундук.
Жена подозревающе посмотрела на мужа и с недоверием хмыкнула, как любила всегда это делать, когда кое-чего не понимала.
Она с удобством улеглась в большое супружеское ложе, и накинув на себя шелковое одеяло бледно-золотистого цвета попросила погасить свет.
Комната за считанные секунды превратилась в темное царство. С улицы больше не доносилось ни звука, ни шороха. Спокойно, тихо. Жена Кона очень быстро уснула, и он, увидев как плавно и неторопливо то поднимается, то опускается ее грyдь, встал с постели. С тумбочки он прихватил с собой снимок. Зачем он его взял с собой и куда идет?
А отправлялся Кон на кухню, дабы при лунном свете, которое щедро пропускало широкое панорамное окно, снова посмотреть на Лизу. Почему она так приколдовала его к себе? Кон не находил ответа.
Чтобы оказаться на кухне, надо было спуститься по крутой деревянной лестнице на первый этаж и пройти длинным коридором, затем свернуть направо к белой двери, ведущей, собственно, в просторную кухню с высокими потолками.
Кон почти оказался у цели, но возле старинного зеркала, которое бывший футболист получил в наследство от отца, он вдруг остановился. Это позолоченное зеркало, висевшее одиноко в конце коридора отнюдь не выполняло своей главной роли, оно просто стояло для красоты. Тем более, это была единственная вещь, которая напоминала Кону об отце. А отец его был чудесным стекольщиком и изготавливал прекрасные зеркала.
Когда он остановился, в глазах внезапно потемнело и Кон почувствовал что-то неладное. Его руки почему-то слишком расслабились и он выпустил из них фотографию.
— Подойди, — услышал он едва слышный шепот.
Кон поднял в испуге голову и, остановив взгляд на зеркале, не поверил своим глазам. Из зеркала на него смотрел мальчик, который слишком сильно напоминал его в детстве.
Вот что значит целый день внимательно изучать старый снимок!
Кон протер глаза, дабы избавиться от странного виденья, но толку это не принесло; мальчик стоял в зеркале с протянутой рукой и просил подойти.
— Не бойся меня. Себя. Подойди ближе, — настойчиво звучал его юный голос.
Кон ущипнул себя за руку, посчитав, что он давно спит глубоким сном вместе с женой. Но боль не заставила себя ждать.
— Я ведь сплю, не так ли? — вскрикнул он, не веря глазам, не веря ушам.
— Протяни мне ладонь, и ты снова перенесешься на свой четырнадцатый день рождения, — сказал маленький Кон.
— Какой бред! — отрицал старый Кон увиденное и услышанное. Он посмотрел на маленького себя и нервно рассмеялся. Такого попросту не может быть. — Глупый сон!
— Надо вернуться к жене, — сказал он, — вернуться к жене... — повторил он, но ноги его словно прикипели к полу и утратили способность двигаться, а глаза упрямо уставились на зеркало, на темно-русого мальчика с ярким колпаком на голове.
— Такая возможность тебе предоставлена только сейчас. Не ты ли хотел увидеть Лизу — первую детскую любовь? Вспомни, что вместе с ней ты увидишь и своего отца, и старых друзей, и любимую собаку, и всех-всех, кого давно нет в живых.
При воспоминании отца Кон заплакал. Он заслонил глаза руками, желая, чтобы галлюцинация исчезла, но мальчик, маленький он никуда не уходил. Но что, если всё это и вправду сейчас происходит с ним? Когда он еще увидит любимого отца, которого уже третий год как нет в живых? Лизу? Друзей? Знакомых и родственников? Белую и пушистую собаку?
Как ему поступить, как быть? Кон стоял в растерянности и недоумении. В теплой и уютной спальне мирно сопела любимая жена Стефани, а в зеркале его ожидало дурманящее детство, неуловимая Лиза, живой отец, счастливый день рождения. С чувством, что вновь совершает непоправимую ошибку, он сделал уверенный шаг в сторону зеркала.
— Прости, Стефани.
— Путешествие в прошлое может круто изменить твое будущее, — зазвучал приглушенный голос, но Кон больше не слушал. Он сделал выбор. Мужчина протянул свою грубую руку тонкой и длинной руке мальчика. В мгновение ока Кона поглотил холодный мрак хрупкого зеркального стекла, а через секунду зеркало снова приняло свой обычный вид.
ЧЕТВЕРТАЯ ЧАСТЬ: ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ
Если вам понравилась эта часть рассказа и иллюстрация к нему, поставьте палец вверх и подпишитесь на наш канал! Нам будет очень приятно. Также переходите к следующей части, ссылка чуть выше.
P.S. Мой родной язык — украинский, русский я никогда не изучала, поэтому прошу прощения, если вам было неудобно читать из-за кучи ошибок!