Воспоминания фронтовика Дьячкова Фёдора Дмитриевича

Продолжение
Среди этих степных просторов, около маленькой речушки Съезжая, в 3-4 км от райцентра Алексеевка и раскинулась центральная усадьба совхоза «Батрак». Центральная усадьба резко отличалась от окружающих сел и деревень своим обустройством, жилищно-бытовыми и культурными условиями. Здесь были хорошие дома городского типа, с отдельными квартирами с удобствами, с электричеством, радио и т.п. В совхозе был хороший клуб, свой радиоузел, кабинет политического просвещения, библиотека, столовая, баня, магазин, хлебопекарня, был разбит молодой парк, имелся стадион, футбольная команда, киноустановка, издавалась многотиражная газета политотдела.

Директор нашей школы называл Центральную усадьбу нашего совхоза маленьким осколком, уголком Ленинграда.

Коллектив был дружный, сплоченный. Директор был авторитетным человеком в совхозе. Он сумел сплотить наш коллектив. Мы принимали активное участие в общественной жизни совхоза, в самодеятельности клуба. Своими силами ставили пьесу Корнейчука «Платон Кречет», участвовали в хоре, Я выступал с чтением стихотворений, выступал с докладами на литературных вечерах совхоза о творчестве А.С.Пушкина (100-летие со дня смерти), о жизни и творчестве Николая Островского и др.

Организовывали ( готовили и проводили) вечера художественной самодеятельности силами учащихся школы, которые пользовались большим успехом среди родителей и рабочих совхоза. Здесь в совхозе «Батрак» партийная организация приняла меня кандидатом в члены ВКП(б). Работая в совхозной школе я не покидал мысли о получении высшего образования. К тому же сам характер работы учителем-предметником в старших классах обязывал меня учиться в пединституте. В 1937 году я поступил учиться заочно в Куйбышевский пединститут на факультет русского языка и литературы. Учиться заочно в глухой степи, захолустье было трудно. Хотя в совхозе культурные условия были, была и библиотека, но для подготовки за институт там ничего не было, и помощь получать не от кого, так как во всем районе учителей с высшим образованием почти не было. Готовились только от сессии к сессии, которые были 2 раза в год:- в январе и июле. Учеба шла туго. К 1939 году я еле выполнил программу 1-го курса и был переведен на 2-й курс. А положение еще более для меня осложнилось в связи с тем, что с 1-го сентября 1938 года я был назначен директором Герасимовской НСШ. Забот и хлопот значительно прибавилось. Тем более, что школа мне досталась далеко не из лучших. Требовалась большая работа по сколачиванию коллектива учителей и учащихся, по налаживанию нормального педпроцесса. Жилищно-бытовые и культурные условия в селе Герасимовке были значительно ниже, хуже нежели в совхозе «Батрак».

Но школьные дела у меня пошли. Первым делом я установил хорошие взаимоотношения с местными властями, с сельским активом, с местной партийной организацией, секретарем которой был Анисимов и сельским Советом, председателем которого был Кочергин. Председателем колхоза был Писарев. Весь этот треугольник – люди активные, энергичные, но весьма капризные, самолюбивые, всеми силами оберегающими свой авторитет. Но с ними я ладил. Они скоро убедились в моей честности, трудолюбии, энергичности в работе. В это время только что вышел учебник истории ВКП(б) – краткий курс. Он пока печатался в газетах. Я был назначен руководителем группы (кружка) по изучению этого учебника при сельсовете. Вся эта почтенная троица занималась в моем кружке. Это тоже повышало мой авторитет. Скоро и педпроцесс в школе стал нормальным, педколлектив дружным, дисциплина в школе и успеваемость повысились, хорошо работали пионерская и комсомольская организация школы.

С 1 января 1939 года меня назначили директором Алексеевской средней школы – единственной средней школы в районе. Я отказывался, протестовал.

Во-первых, я сколотил коллектив в Герасимовской НСШ, дела пошли хорошо, к селу успел привыкнуть.

Во-вторых, я чувствовал, что средняя школа с ее старым опытным коллективом мне будет не по плечу.

Райком партии отверг все мои причины и 1-й секретарь райкома Кабаков Аркадий Петрович лично выслал за мной машину, приказал срочно явиться к нему. Сопротивляться не имело смысла. Я с большой болью покидал село Герасимовку. Не потому, что это село было чем-то привлекательно. Нет. Оно было отсталым селом, малокультурным, если не больше. Здесь не было ни радио, ни кино, ни клуба. Но мне удалось сколотить неплохой учительский коллектив, хорошо организовать педагогический процесс, учебно - воспитательскую работу. Здесь работали неплохие учителя . Коллектив был дружным, сплоченным. Потому мне так больно было расставаться с ним. За такое короткое время мы успели так сдружиться. Мы расстались в объятиях и со слезами.