Иван Соловьев: «Ехал в «Зенит» играть, однако шанса практически не получил»

Бывший полузащитник «Динамо» и «Зенита» Иван Соловьев, выступающий за узбекский «Навбахор», в интервью «СЭ» рассказал о причинах, почему у него не получилось заиграть в петербургском клубе.

— Меня надломил первый год, — сказал Соловьев. — Ехал в Питер играть, однако шанса практически не получил. Понятно, высокая конкуренция, но рассчитывал гораздо на большее, чем лишь раз выйти на поле на Кубок. Это серьезно выбило меня из колеи. Потом отправился в аренду в «Амкар» — там травма.

— Еще и от половины зарплаты отказались — одни минусы.

— Поначалу в «Амкаре» все шло отлично. Получал на сборах большое удовольствие от работы с Черчесовым, летал на крыльях, но на последнем сборе сломал палец на ноге. Восстановился, вышел на поле, все начало налаживаться — и тут Черчесов ушел в «Динамо». Вместо него пришел Константин Парамонов, и начался бардак. Это как раз их тех случаев, когда у тренера есть разделение на черную и белую кость. Первому составу на тренировках было позволено играть как угодно жестко, а стоило это сделать кому-то из второго состава, как тут же следовал окрик. Я терпел-терпел, а потом не выдержал и все высказал Парамонову.

— После возвращения в «Зенит» вас ждал уже Андре Виллаш-Боаш. Его поставите выше Спаллетти?

— Это два сильных специалиста с интересными тренировками. Может, чуть ближе мне все-таки Виллаш-Боаш. При нем и сыграл чуть больше. В том числе в Лиге чемпионов дебютировал. Времени на поле провел мало, но в двух голевых атаках поучаствовать успел.

— Почему гендиректор «Зенита» Максим Митрофанов говорил, что вы не хотели играть и тренироваться?

— Это останется на его совести. Хотел я тренироваться или нет, знают тренеры, а я ни разу в жизни ни от кого подобных слов не слышал. Думаю, сказанное как-то связано со взаимоотношениями Митрофанова и Лахтера — их взгляды часто расходились, судя по прессе. (Константин Алексеев)