Как психотип жертвы формируется через культуру
Можно ли создать психотип жертвы у… собаки?
Американский психолог Мартин Селигман в 1964-м году мучил собак, заперев их в клетке, откуда они не могли выбраться. И бил их током. Не сильно, но неприятно. Пытка продолжалась не долго, а когда клетка была отворена, собаки, на удивление экспериментатора, не пожелали её покидать. Даже когда их снова стали стимулировать электричеством, они просто ложились на пол и скулили. Селигман это назвал «выученной беспомощностью» и предположил, что собаки научились «смирению».
Чтобы проверить свои предположения, в 1967-м он усложняет эксперимент и берёт уже три группы собак. Первая: их били током, и они ничего не могли с этим поделать. Вторая: их били током, но они могли отключать электричество нажатием клавиши. Третья: это счастливчики, их током не били. После экзекуции, всех собак поместили в одинаковые условия: током били всех, но создали условия, при которых собаки могли перепрыгнуть через перегородку и таким образом избежать неприятностей.
Результаты оказались потрясающими: лишь одни собаки из первой группы не пытались ничего предпринять для собственного спасения. остальные легко решали эту задачу. Так термин «выученная беспомощность» прочно вошёл в психологический лексикон.
А теперь давайте проследим, как выученную беспомощность демонстрируют больные депрессией, и разберёмся с психологическими причинами этого явления.
Депрессия и выученная беспомощность
Мартин Селигман считал, что главной причиной выученной беспомощности становится психотравма, полученная в результате сильных негативных переживаний, когда человек (или другое живое существо) чувствовал себя беспомощным и никак не контролировал ситуацию. При этом у человека часто развивается депрессия.
Главная особенность депрессии заключается в том, что у человека нет желанияпомогать себе, даже тогда, когда он понимает, что нуждается в помощи и знает что нужно делать. Точно так же ведут себя люди с повышенной виктимностью — носители психотипа жертвы. Они могут осознавать, что являются жертвами преступления (кстати, в 50% случаев жертва преступления в России не заявляет о факте преступления), осознавать, что являются жертвами манипуляций, но они, по выражению психолога Христенко В.Е., утратили собственные ценности.
Человек в состоянии депрессии тоже утрачивает собственные ценности. Происходит это потому, что, защищаясь от сильного стресса, психика развивает защитное торможение. Это приводит к потере чувствительности как в отношении психотравмирующего фактора, так и вообще в отношении всего. Поэтому жизнь перестаёт радовать.
И вот, у человека вроде бы и есть возможность перепрыгнуть через забор и перестать получать от жизни по щщам, но он продолжает терпеливо лежать на полу и скулить, потому как смирился. Выучился этому состоянию.
Удивительно то, что подобная модель поведения может рассматриваться как стратегия выживания и культивироваться в массовых масштабах, становясь частью национальной или даже мировой культуры.
Почему нас учат беспомощности?
Однажды я смотрел интервью с представителем одной мировой религии. Он рассказал о том, что в московском метро группа хулиганов, издеваясь, вылила ему за шиворот бутылку пива. Он, конечно, не сопротивлялся, ибо всякое насилие, даже в ответ на агрессию, есть проявление абсолютного зла. По этой же причине заблуждением он считал и практику боевых искусств.
Мы знаем о том, что смирение часто становится частью культивируемой морали и подаётся как добродетель. Является ли это формой выученной беспомощности? Я думаю — да. И вот почему.
Как правило, религиозные концепции, считающие смирение добродетелью, зарождались среди низов общества и на низы были рассчитаны. Во все времена простой человек жил на грани выживания (во некоторых странах, в том числе и тех, на территории которых возникли некогда учения, распространившиеся по всему миру, простой народ и сейчас сводит концы с концами и копошится по помойкам). Такая жизнь — одно сплошное психотравмирующее событие. Например, Непал, где государственной задачей обозначено сделать всех людей нашей планеты счастливыми через практику буддистской традиции, согласно социологическим опросам лидирует в списке стран, население которых считает себя несчастным.
Для человека, жизнь которого мало отличается от жизни копошащейся в помоях мыши, духовная концепция, построенная на культивировании смирения и сосредоточении на абстрактных ценностях, является инструментом развития защитного торможения по отношению к невыносимой реальности. Но при этом она же и развивает выученную беспомощность.
Но разве не это и выгодно сильным мира сего? Разве мировые религии не распространялись, благодаря тому, что получали поддержку именно от царей, князей и императоров?
Хотя, конечно, никто не мешает человеку изменить любую мировоззренческую концепцию по своему образу и подобию и создать что-то типа индивидуальной формы ереси. Но это уже — личное творчество, к общей тенденции отношения не имеющее.
А ты читатель, как считаешь, какое место выученной беспомощности отводится в современной российской культуре?
Рудияр
Статьи по теме:
Как формируется психотип жертвы?
Почему бог патриотизма требует жертв?
Почему рулят не умные, а самоуверенные?