Алехандро было 26 лет, когда я впервые познакомился с ним. Он обожал свою сборную по футболу и посещал без исключение все их матчи. По завершению чемпионата мира он решил посетить Петербург, там мы и познакомились.
«Алекс, а это правда, что у каждого уважающего себя футболиста, должен быть картель?» - подшучивал я над ним.
«Нет, но вот прекрасную Химену он иметь обязан» - парировал он, чуть краснея.
И вот спустя, какое-то время, он предложил познакомить меня со своей невестой, которая приехала навестить его. Мы решили встретится в баре на Грибоедова 7, в восьмом часу вечера. Сделав в 23-й раз undercut и надев потасканную олимпийку Fred Perry, я стал терпеливо ожидать своих припозднившихся гостей. Для бодрости я выпил бутылочку водки, закусывая свежей селёдочной икрой с красным, хрустящем луком.
«Ты уже пьян» - услышал я знакомый голос. Алехандро положил свою тяжеленную руку мне на спину и засверкал своими белоснежными зубами, среди которых, как и всегда, не хватало лишь одного, верхнего с правой стороны. (Кто же его так? - задумался я).
«40 минут, Алехо, чего так долго?» - слегка сердился я.
«Метро...да и она долго наряжалась» - ответил он, пристально взглянув мне через плечо.
Обернувшись я увидел высокую блондинку с толстым слоем пудры на лице. У неё была хорошая фигура, но чересчур крепкие плечи, очень красивые большие глаза, а главное, не сросшиеся брови, как у её знаменитой соотечественнице. Да, определённо, у Алехандро был вкус.
«Вы похожи на вторую жену Артура Миллера» - сказал я ей, когда она подала мне руку.
«Пилар» - улыбнувшись представилась она.
Они заказали себе тёмное O'Hara's с гренками, я снова взял бутылочку водки. Говорили мы мало, слишком громко играло трио рядом с нами. Было уже около 22 часов, когда заиграла моя любимая bossanova. Не удержавшись я спрыгнул с барного стула и схватив руку первой попавшийся танцовщицы начал со страшной искренностью исполнять (как мне сказали потом) подобие сальсы. «Чёрт меня дери, да это же как в «Фиесте» Хемингуэя» - кружась в танце, подумал я. «Жара, джаз, выпивка, испаноговорящие люди» - перечислил я. Неизвестно почему, но все мои мысли в тот момент, были обращены к образам и деталям известного романа. Я как помешанный, начал остро чувствовать связь эпох. «Эра джаза! Я там, машина времени существует» - радостно кричало что-то внутри меня...а потом, потом меня вырвало в канал Грибоедова.
to be continued.
