Найти в Дзене

О важности прикосновений и объятий

Прикосновения и их качество важны для развития ребенка на уровне его нервной системы. С их помощью развивается ощущение тела, его границ, восприятие окружающей среды и других людей. Но многим знакомо чувство тактильного голода. Ниже история о том, как у меня получилось снизить остроту этого переживания. Тактильный голод. Это страдание. Понимание, чего же недостаёт и невозможность это получить. Это больно. Понимание, что простого объятия недостаточно, что в моём дружеском жесте так много настойчивости и вопрошания долюбить меня, что вот-вот я пересеку границу уважения к себе и другому. Хотя было, конечно. Состояние выпрашивания и невозможность это прекратить, когда уже есть понимание, что это какой глюк. Слова разумных психологов про жертву и инфантильность усиливают чувство стыда, презрения к себе и безвыходность всё громче. Самомассаж, физические нагрузки не помогают, а лишь притупляют это желание.
Когда наступает пиковое состояние, видимо появляется возможность перемен, трансформаци

Прикосновения и их качество важны для развития ребенка на уровне его нервной системы. С их помощью развивается ощущение тела, его границ, восприятие окружающей среды и других людей. Но многим знакомо чувство тактильного голода. Ниже история о том, как у меня получилось снизить остроту этого переживания.

Тактильный голод. Это страдание. Понимание, чего же недостаёт и невозможность это получить. Это больно. Понимание, что простого объятия недостаточно, что в моём дружеском жесте так много настойчивости и вопрошания долюбить меня, что вот-вот я пересеку границу уважения к себе и другому. Хотя было, конечно. Состояние выпрашивания и невозможность это прекратить, когда уже есть понимание, что это какой глюк. Слова разумных психологов про жертву и инфантильность усиливают чувство стыда, презрения к себе и безвыходность всё громче. Самомассаж, физические нагрузки не помогают, а лишь притупляют это желание.
Когда наступает пиковое состояние, видимо появляется возможность перемен, трансформации, освобождения. Нет у меня верного слова. И вот был пик. Я лежала и было очень больно. Это желание объятий было как огромная игла, воткнутая во что-то сладко-живое. Пришлось слушать, потому что идей больше не было. Я старалась слушать хорошо. И сама пришла мысль-воспоминание, что многое же из детства, и что это похоже не пузырик из мира сновидений, как у Минделла. Я подумала, а что если так себя чувствует ребенок? Какой он? И развернулась история. Я почувствовала в себе младенца, его пухлые ручки, ножки. Я представила, что беру его на руки. Возникло ощущение, что у него отваливается головка, значит, он ещё совсем новорожденный и не может её держать, значит, надо взять его по-другому. Я положила его себе на грудь, стала гладить и обнимать. Боль ушла сразу же. И вот пока не возвращалась. Потому что я всё ещё держу этого младенца на руках. Мою детскую часть тела-души. Вот это последнее я поняла сейчас, когда написала. Видимо, это займёт ешё время.