Комната была похожа больше на тесную бетонную коробку, чем на кухню: недоклеенные, но уже местами облезшие обои, побитая напольная плитка, холодная батарея у стены, шнурок, свисающий с потолка, с давно перегоревшей лампой накаливания на конце, табуретки (если так можно назвать груду досок, лежащих в углу), и стол без одной ножки. Ремонт был явно не окончен, а, скорее, заброшен на раннем этапе. За окном бушевала февральская метель, от которой квартирка (ввиду отсутствия отопления) мало спасала. В центре этой картины, нагоняющей лишь уныние и ничего более, сидел с поникшей головой бледный с ярко выраженныии признаками анарексии человечек. Сколько он пробыл в таком положении? Час? Два? Быть может, пять минут или, возможно, год? Сложно сказать. Его слежка за временем прекратилась ещё тогда, когда телефон вдребезги разбился о стену. В этот момент в помещение абсолютно бесшумно проскользнул силуэт. — Всё сидишь? — усмехнувшись спросило существо, но ответом ему было лишь небольшое эхо его с