Мне кажется, любовников и любовниц заводят ради одиночества.
Не ради того, чтобы быть вместе. Даже не ради того, чтобы быть порознь.
Когда брак и семья прорастает тебя насквозь, хочется воздуха. Среди комнат, детей, забытых дат, пути до АШАНа твоего становится так мало. Всё – мы. Всё – общее.
Человек, бежит из дома в дом, прячет экран смартфона, застывает в лучах внимания двух, как в перекрёстке прожекторов. И в этой двойной, нежной гонке, среди трупиков смс – рождается сладкая она.
Нейтральная полоса. Ничьё место.
Это то, что она не расскажет ни мужу, ни любовнику. Только она знает, что один красив в злости, другой – в радости. Только он знает, что они так одинаково смеются, а кончают по-разному. И как ей случайно не сказать при нём шутку, что поймёт только другой?
Измены. Маленькое двойное дно ни для кого.
Мне кажется, любовников и любовниц заводят ради одиночества.
Представляю, как он засыпает в своей машине, во дворе (на заднем – детское кресло), ещё пять минут, прежде чем стать частью пробки до работы. Вот он прислонился усталым лбом к серым будням, молочным воскресеньям, пыльному стеклу. О чём он думает, засыпая? О какой из двух он думает, засыпая? О них ли вообще? Взрослый, свободный, одинокий. Может, они нужны были ему, чтобы впервые отделиться? И впервые почувствовать себя – один. Один. Вот тут. На нейтральной полосе. За пять минут до работы. Такой загнанный, потерянный, ничей.
Я так боюсь увидеть в нём себя.
Когда я смотрю на неё, я хочу дать ей больше. Больше свободы. Больше нейтральной полосы. Больше ничьего пространства. Чтобы она могла почувствовать себя со мной одинокой. Чтобы она могла чувствовать себя взрослой со мной. С правом на свои тайны. Чтобы я мог почувствовать себя одиноким рядом с ней. Чтобы быть вместе свободными. Чтобы быть вместе взрослыми. Чтобы быть вместе.
2019
