Одним из самых успешных новичков свежего списка Forbes является канадец Энтони фон Мандл — создатель уже ставшего иконой в Штатах, но так и не добравшегося до России хард-зельцера White Claw. Алкогазировка без калорий принесла ему состояние в $4,1 млрд и место в топ-600 самых богатых пацанов мира и в топ-10 богатейших людей Канады.
У нового миллиардера весьма занятная биография. Про его семью известно немного: родители европейцы, переехавшие в Канаду, но из какой страны, точно никто не знает. Немецкая приставка к фамилии «фон» тоже ничего не дает. В колледже пацана звали просто Тони Мандл, и, судя по всему, «фон» этот ловкий жулик приделал к фамилии позже для солидности.
После окончания экономического факультета в Университете Британской Колумбии в Ванкувере в начале 1970-х он начал барыжить в родном городе европейскими винами, в которых потомки лесорубов ни черта не смыслили, и неплохо на этом поднялся. Свою компанию назвал Mark Anthony Group, хотя никакого Марка Энтони в компании никогда не работало.
«Клиентам имя Марк Энтони казалось смутно знакомым, только они не могли вспомнить откуда. Это благотворно влияло на продажи, они думали, что имеют дело с фирмой какого-то селебрити или типа того», — рассказывал Мандл.
На самом же деле Марк Энтони — никто иной как Марк Антоний, римский муж царицы Клеопатры. Чел безусловно авторитетный, но к Тони Мандлу отношения не имевший.
Скопив баблишка Тони замутил очередную авантюру — купил в 1981 году винодельню Mission Hill в канадском регионе Okanagan Valley. Это сейчас канадские вина стали модной, но все равно довольно редкой в Европе темой, а в 1981 году «вино из Канады» звучало также нелепо как «вино из Сибири» сегодня. Продажи вначале шли не очень, а бабки были заемные, поэтому Мандл решил замутить параллельный бизнес, чтобы выплачивать кредиты. Он начал выпускать сидр, но и тут возникла проблема — сидр получился мерзким на вкус, никто не хотел его пить.
Тогда Тони провел ребрендинг, который возглавил «всемирно известный швейцарский эксперт» Даниэл Лагнац. На самом деле Даниэл был местным пацаном (в Швейцарии он только родился), но на канадцев это произвело впечатление. Плюс, чтобы скрасить ужасный вкус сидра, в него стали добавлять персик и больше сахара. Продажи взлетели.
Частью бизнес-стратегии Мандла стало решение продавать юзаные бутылки из-под сидра крупным пивоваренным компаниям. Однако в какой-то момент правительство запретило такую практику, и Мандл встал перед необходимостью выкупить несколько сотен тысяч своих использованных бутылок за несколько лямов долларов. Чтобы не разориться, он запустил собственное производство пива Clark's Great Canadian Beer только для того, чтобы чем-то заполнить возвращенные бутылки и опять пустить их в продажу.
Дела шли не очень до тех пор, пока Мандл не решил еще раз удешевить производство и выпустил на рынок Mike’s Hard Lemonade — подобный продукт хорошо известен в России под названием «пивной напиток на солодовой основе». Эта тема отлично зашла в американских колледжах.
Но главной удачей Тони Мандла стал хард-зельцер White Claw — по сути тот же газированный коктейль, но без калорий и сахара. На волне ЗОЖ-безумия, охватившего американскую молодежь, это пойло стало настоящей бомбой и принесло канадцу миллиардные обороты. Плюс, как всегда, удачный маркетинг — дебильные вирусные ролики на YouTube с неповторимым колледж-юмором.
Бабло, заработанное на дешевом бухлишке, Мандл вложил в раскрутку своих четырех канадских виноделен, по сути создав с нуля национальную винную индустрию.
Теперь долина Оканаган, где расположены винодельни Мандла, — важное туристическое направление в Канаде. Здесь отдыхают всякие богачи, включая, например, принца Уильяма и герцогиню Кейт, которые заезжали прибухнуть канадского к Мандлу в 2016 году.