Если мы станем думать о простых людях (крестьянах, промысловиках), живших во времена Российской Империи, вряд ли вообще придет в голову мысль о том, что они могли путешествовать по заграницам. Да даже по России.
Вот типичное мнение о тех временах:
"Да, люди тогда жили иначе. Они не ездили по миру в поисках впечатлений, не переезжали с места на место... Может быть, у них просто не было потребности в постоянном мелькании картинок снаружи, имея богатый внутренний мир" — такая цитата попалась мне в интернете.
Хмм... А как же тогда все эти кочевники, разностные торговцы, бездомные, и прочие люди, бродящие по России.
Или даже многочисленные странствующие богомольцы?
Но ладно странники. Тут я хочу рассказать о другом. Как вам факт, что простые люди, оказывается, раньше могли путешествовать не только по своей стране, но и по заграницам. Я и сама была удивлена, когда это узнала. И это, как выясняется, не было такой уж большой редкостью.
Например, как-то я уже рассказывала про чукчей, которые нанимались на американские китобойные суда. Об этом свидетельствовал, в частности, В.Г.Богораз:
"Чукотские охотники, жившие на побережье, поступали на американские суда и совершали с ними поездки к северу до мыса Барроу и дальше...
Другие чукчи-бродяги попадали аж в Сан-Франциско, заходили на тропические острова, потом возвращались домой, по-прежнему ничего не имея и не заботясь о будущем".
А вот еще одно любопытное свидетельство, о котором я прочитала на днях в публикации «Путешествие к северо-востоку Европейской России чрез тундры самоедов и Северным Уральским горам, предпринятое по высочайшему повелению в 1837 г. Александром Шренком».
Как писал Шренк о своем путешествии по Русскому Северу в середине 19 века:
Наконец мы покинули берега Пинеги и поплыли вверх по реке Иожуге... Проплыв около 14 верст, мы причалили к правому берегу реки, и отсюда я послал одного из гребцов к следующей станции, ... с приказанием привести лошадей. В ожидании возвращения посланного люди мои развели светлый огонек и, окружив его животворное пламя, завязали живой разговор.
Один из них, которому когда-то привелось на архангельском купеческом судне заехать в Испанию, как человек бывалый, пустился в россказни, и слушатели, смотря по обороту, какой принимало его повествование, то безмолвно, разинув рты, внимали словам рассказчика, то громко хохотали, когда краснобай потчевал их каким-либо забавным похождением.
"Остался бы я, - так заключил он наконец свой рассказ, - в Гишпанской славной земле, да лучше, подумал, зажить на нашей матушке-Пинеге".
В общем, как мы видим, практически у любого крестьянина или охотника была возможность наняться на купеческое, китобойное или иное судно, и отправиться на нем по миру. И многие этой возможностью охотно пользовались.
Конечно, одной из основных целей был заработок. Но явно - не только он, ведь работу можно найти и на своей родной земле. А если люди отправлялись в дальние страны, значит что-то их туда тянуло? Та самая жажда перемены мест, познаний, приключений. которая издревле тянет всех куда-то.