Первый раз я встретилась со Страудом где-то в нулевых - выбирала подруге книгу в подарок. а так как интернета тогда не было. то книги выбирались с тем расчётом, чтобы потом самой одолжить почитать, тем более что вкусы у нас во многом совпадали.
Первый раз я встретилась со Страудом где-то в нулевых - выбирала подруге книгу в подарок. А так как интернета тогда не было, то книги выбирались с тем расчётом, чтобы потом самой одолжить почитать, тем более что вкусы у нас во многом совпадали.
По первому ощущению может показаться, что Трилогия Бартимеуса - это очень свежий взгляд на Гарри Поттера: ребёнок в Великобритании учится магии. Собственно, этой фразой всё сходство и заканчивается. Учёба Натаниэля - это только фон для сюжета, способ объяснить его знания и способности, а никак не его основа. Да и Натаниэль, хоть и один из центральных героев - отнюдь не главный. Главный - джинн Бартимеус. Весёлый, находчивый, немного хвастливый дух среднего ранга. Хитрый, однако добрый, но - вынужденный служить волшебникам, а они как правило - люди, далёкие от понятий"честь"и"добро".
Несмотря на то, то джинны - это арабская мифология, в самой трилогии Ближнего Востока очень мало. Это альтернативная Великобритания, сохранившая за собой колонии к началу XXI века, огромная империя, раздираемая изнутри чудовищным расслоением общества на правящую элиту - волшебников и почти что бесправных простолюдинов - людей без способностей к магии, а быть может, просто не имеющих средства на образование. Вот предыстория - Кольцо Соломона - та полна Ближнего Востока под завязку, потому что все события происходят именно там и среди центральных персонажей собственной персоной - царь Соломон. Объединяет эти два мира всё тот же неунывающий джинн Бартимеус.
Истории о Бартимеусе - это не только увлекательные приключения избранных подростков (а Бартимеус по духу - тоже подросток) в необычном мире, похожем на наш и вместе с тем совершенно другом. Это не только история о борьбе за свободу, но в первую очередь о равенстве и доверии. Доверии, которое открывает намного больше возможностей, чем порабощение и жесткий контроль.