Эта дорога

Эта дорога располагалась на безлюдной улице... Девушка смотрела на неё из своего окна, в серое осеннее моросящее утро, уверенно нанося мазки на холст, но робко поглядывая на время. «Пять минут» - сказала она себе и продолжила с большим рвением. Ее комната была заставлена разными картинами, на одной был закат на фоне океана, на другой эквилибрист под куполом цирка, ваза заигрывала с фруктами и вот...

Картина называлась «Дорога на работу».

Наверное поэтому она была мрачной, бессмысленной и нелепой.

Девушка сама точно не знала зачем она пишет ее. Зачем тратит своё драгоценное время на ЭТО. В дороге не было ничего завораживающего или красивого, то что она привыкла писать. Эта была самая обычная убогая дорога российского пригорода, но что-то манило ее в ней, что-то кричало - запиши.

Пять минут уже прошли, а будильник все не играл, как будто и сам не хотел заканчивать. Девушка мельком взглянула на часы, ахнула, бросила кисточку в стакан с водой, схватила с вешалки куртку и выбежала на улицу.

Теперь «Дорога на работу» дополнилась вполне реальной ею. Она бежала, опаздывала. Она постоянно опаздывала. Правда в кафе, где ей приходилось работать официанткой, на это смотрели снисходительно, уж больно та нравилась посетителям. Скорее даже это и держало ее на работе. Нет! Не деньги! Она думала скопить и открыть свою первую выставку, но заработка едва хватало на аренду комнаты и еду. А именно ощущение нужности. Будто ты несешь людям добро и красишь их жизнь, а красить она любила. Эти мысли посещали ее всякий раз, когда она шла на работу. Дорога была как книга, давно перечитанная по сто раз, но она до сих пор так и не понимала всю соль произведения.

Вдруг из-за угла на большой скорости, вынырнуло коричневое шевроле, и не успела она опомниться, как машина уже мчалась на неё, с раздирающим душу скрежетом тормозов. Остолбеневшие ноги, не давали ей отойти ни вправо, ни влево. Девушка закрыла голову руками. Она ждала что сейчас вот, вся жизнь пробежит перед глазами, как ей обещали книги и люди бывшие на грани смерти, но кроме несущейся на неё машины и фразы в голове «Ну ты и сука», больше ничего не происходило…

Эта дорога вилась сквозь деревья и клумбы цветов, уходя за горизонт. Она смотрела на неё из своего больничного окна, и делала в блокноте наброски карандашом.

В палату зашла медсестра, принесла ужин. Девушка постепенно привыкала, что самой ходить ей предстоит еще не скоро, если вообще предстоит.

Она отставила еду, и продолжила смотреть в окно и делать пометки карандашом. Медсестра заметила это и вышла из палаты.

Вернулась она уже с главврачом. Тот попытался прочитать девушке лекцию, о её состоянии, о том, что нельзя опускать руки, и даже наоборот – придется засучить рукава. Девушка не слушала, она продолжала рисовать. Врач это заметил, рывком он забрал блокнот у девушки и уже хотел убрать его в свою папку, но его взгляд остановился на рисунке.

Доктор издал звук, похожий на писк, что означало: «О, Господи! Как это прекрасно».

Он уточнил у девушки, её ли это произведение, и получив утвердительный ответ, доктор с заведенным видом ретировался.

Она ничего не поняв, уставилась на медсестру. Та немного завидовала пациентке, ведь сестра так давно мечтала услышать этот восторженный писк врача, но в свой адрес, поэтому дабы не нагрубить пациентке, тоже удалилась.

Девушка осталась в палате одна. В голову полезли мысли. Если раньше она гнала их кисточкой или карандашом, то теперь этого под рукой не было. По щеке её скользнули слезы. Она припомнила свою последнюю картину – «Дорога на работу», посмотрела на свои ноги и разрыдалась…

Через час к ней зашел главврач, широко улыбаясь и глядел на неё так, будто принёс ей новое тело. Он еще раз уточнил, она ли нарисовала этот эскиз больничной дороги, поинтересовался давно ли она рисует и сколько у неё уже есть готовых работ.

Девушка ничего не подозревая, честно и без эмоционально отвечала, как на допросе.

Когда главврач удовлетворил свой информационный голод, он открыл и причину своего горящего взгляда. Его лучший друг – большой художник в стране. Через неделю у него будет выставка и он подыскивает парочку художников, которых сможет выставить вместе с собой.

Доктор услышал писк. Теперь он исходил не от него…

… Толпы людей ходили по павильонам галереи, охая и ахая, останавливаясь или пробегая мимо картин, но самый сконцентрированный сгусток человеческой энергии находился в углу основного зала.

Там висело две картины, люди то приходили к ним, то уходили, но размер этой толпы не уменьшался.

На одной из картин была серая, раздолбанная дорога – картина называлась «Дорога на работу»

Другая картина была полная ей противоположность. Дорога была светлая, солнечная – и называлась она «Дорога в жизнь».