В этой стать будут цитаты из этого прекрасного произведения Ги де Мопассана, а также некоторые фотографии из одноименной экранизации. Сильные люди, так или иначе, всегда добиваются своего. Слова любви всегда одинаковы, — все зависит от того, из чьих уст они исходят. В Париже, к твоему сведению, лучше не иметь кровати, чем фрака. Журналист, как жена Цезаря, должен быть вне подозрений. Впрочем, – продолжал он, – есть у тебя талант или нет, – не все ли равно, раз всему на свете приходит конец! Для людей с умом там всегда найдется место, остальные погибнут. Таков закон нашего общества. Дышать, пить, есть, спать, трудиться, мечтать – все это значит умирать. Жить, наконец, – тоже значит умирать! Жизнь – гора. Поднимаясь, ты глядишь вверх, и ты счастлив, но только успел взобраться на вершину, как уже начинается спуск, а впереди – смерть. Надо быть сильным. Надо быть выше этого Почему мы так страдаем? Очевидно, потому, что мы рождаемся на свет, чтобы жить не сто
В этой стать будут цитаты из этого прекрасного произведения Ги де Мопассана, а также некоторые фотографии из одноименной экранизации.
Сильные люди, так или иначе, всегда добиваются своего.
Слова любви всегда одинаковы, — все зависит от того, из чьих уст они исходят.
В Париже, к твоему сведению, лучше не иметь кровати, чем фрака.
Журналист, как жена Цезаря, должен быть вне подозрений.
Впрочем, – продолжал он, – есть у тебя талант или нет, – не все ли равно, раз всему на свете приходит конец!
Для людей с умом там всегда найдется место, остальные погибнут. Таков закон нашего общества.
Дышать, пить, есть, спать, трудиться, мечтать – все это значит умирать. Жить, наконец, – тоже значит умирать!
Жизнь – гора. Поднимаясь, ты глядишь вверх, и ты счастлив, но только успел взобраться на вершину, как уже начинается спуск, а впереди – смерть.
Надо быть сильным. Надо быть выше этого
Почему мы так страдаем? Очевидно, потому, что мы рождаемся на свет, чтобы жить не столько для души, сколько для тела.
Какая, однако, все это чушь! Кому это нужно? Неужели мерзавец перестает быть мерзавцем только оттого, что дрался на дуэли? И с какой радости честный человек, которого оскорбила какая-то мразь, должен подставлять свою грудь под пули?
Держать в объятиях любимую женщину – вот он, верх человеческого блаженства!