Металлистка Лера Николаева (для своих — Авария) по сюжету и — по названию - дочь милиционера. На деле Авария — дочь матери-психопатки, потому что именно она там всех забила и якобы-построила. Точнее - заставила прятаться по углам и нишам. Судя по всему, Вера Ивановна — скромный начальник (начальник, но скромный) в каком-нибудь учреждении, а это значит: ответственности — вагон, а зарплата — средняя. Это когда все уважают, а смысла — нуль. Итак, «Авария - дочь мента» (1988). Хотя, она прежде всего дочь своей мамаши, разочарованной и от этого - страдающей.
Типаж, блестяще сыгранный актрисой Анастасией Вознесенской (она же — вальяжная директор рынка из рязановского «Гаража»!), был весьма распростанён в позднем СССР. Эмансипированная, жёсткая тётка-таран при затюканном ею же мужчине и разболтанных отпрысках. Такие мадам жили работой, оставляя там здоровье и нервы, а домой вваливались с выражением: «Убью!!!» на рано постаревшем, но когда-то красивом лице. По сюжету родителям Аварии нет и 40 лет. (В одной из сцен Николаев говорит, что ему 38 лет).
Да, такие Веры громоздили на стол сумки с добытыми в честном бою колбасами и — даже не переодевшись, кидались всех воспитывать — даже собственных пожилых родителей. Вера Ивановна громоподобно декларирует, что у них дома всё в норме и только убогая дочь-отщепенец постоянно творит скверну. И слушает «не ту» музыку. А в одной из сцен девка честно орёт: «Мне нравится все, что не нравится вам. А что вас злит – так это я вообще тащусь!» Для неё havy-metal – это музон протеста.
Мать орёт и группа «Ария» (ну, допустим) тоже орёт. Девица так привыкла к домашнему гвалту, создаваемому психопатической маман, что ей уже никакая Iron Maiden не страшна. Наоборот, вписывается в разрушительный драйв, создаваемый громкой мамашей. Такие, как Вера Ивановна, с юности привыкали «задавливать» себя и, как водится, других. При том, что в «менте» Алексее Николаеве (плюшевый Владимир Ильин) она — скорее всего — хотела видеть хрестоматийную «каменную стену».
Играющая командира, дама хочет наблюдать рядом командира-реального. Всё-таки — представитель власти, мужчина при мундире и фуражке. Но потом что-то пошло не так, вернее, как положено в 1970-1980-х годах — сильная баба легко подмяла под себя скромного милиционера — и тот даже не смог ...и не стал делать карьеру. Заметим, что Вера Ивановна не может существовать без скандала и готова на него сорваться в любой момент, что и делает с величайшим наслаждением. Нет, это не удовольствие, но привычка.
Ей вечно кажется, что будь она мягче, весь мир тупо рухнет, а сама она будет ходить по обломкам цивилизации, бесполезно ища человека. Она так много на себя взвалила, что всем - хреново. Тем, кто с ней соприкасается. Её опасается даже родной отец - дедушка Аварии. К слову, интересная деталь — семья проживает в квартире (на 100 процентов!) полученной именно дедом. Но это уже частности для другой заметки. Вернёмся к мамочке. Она давно разлюбила своего «мужчину в форме», ибо он не оправдал её главного ожидания — быть нереально крутым.
Отсюда — крик. Это вопли о помощи, которые Вера Ивановна не умеет формулировать. А то, что мент Николаев - крут мы сами узнаём только в процессе фильма. Так, мешковатый старший лейтенант (в его-то годы!) совершает ряд подвигов сродни героям голливудских боевиков. То есть, когда надо, он — Рэмбо. Когда рядом дражайшая Вера Иванна — он тюфяк ...Зато Валерия становится Аварией. И это прежде всего авария её матери. Авария — дочь психопатки. А уж какой станет сама Лера в её сорок лет — пока неясно. Не рок-обозревателем точно.
Zina Korzina (c)