Когда Екатерина и Илья Наумовы играли шумную свадьбу в родном чувашском селе Красноармейское, то сразу решили — детей в их семье будет много. Три, как минимум. Дети к счастью. Как задумали, так и получилось. Родилось у Наумовых три сына. И все три мальчика... глухие.
Первым родился Володя. Екатерине еще в роддоме сказали, что у ребенка со слухом проблемы. «Мы сразу сурдологу сына показали и даже генетический анализ сдали. Наследственности он не выявил. Вова рос обычным ребенком: гулил, слова первые говорить начал, на нашу с мужем речь реагировал. Мы уже начали про себя думать, что может ошиблись врачи. Ведь здоровый же ребенок», - вспоминает Катя. А потом Володя простыл и засопливил, развился отит и на его фоне резко снизился слух. Сначала реагировал на мамины слова с 3 метров, потом с 2, потом перестал и с 1,5.
На второго Леню Наумовы решились, будучи уверенными, что генетического проклятия в их роду нет. Не может же снаряд в одну воронку дважды угодить. И про Леню в роддоме врачи уверенно сказали: слышит, все хорошо, не переживайте. Скрининг никаких патологий не выявил. Леня рос таким смышленым, так здорово в ритм пританцовывал и 20 слов к году жизни говорил четко и чисто. Чудо, а не ребенок. Володин сценарий повторился, когда Лене исполнилось 1,5 года. Сопли — отит — глухота.
«Когда я про Леню узнала, уже с третьим Глебом ходила, половина срока. Сразу поняла, что не повезет и на этот раз. Как пережила случившееся? Не знаю», - говорит Катя и по голосу понятно, что не пережила. И сейчас ей больно и обидно. Почему так? Почему с ней?
Когда среднему Лене диагноз поставили, Наумовы старшего Вову позвали. Ему тогда 7 было. «Так и так, говорим, Володя, Лене тоже придется покупать слуховые аппараты, как и тебе. Вова молча развернулся и в комнату ушел. А оттуда вернулся со своей копилкой - «Вот, мам, бери и мои деньги на Леню». Так и живут эти три парня. Друг за дружку держатся. Когда родился самый младший Глеб, Вова и его под крыло взял. Пока мама Леню в садик и из садика — он за малышом присматривает. Настоящие мужчины растут.
Старший Вова ходит в обычную школу. Благодаря регулярным занятиям с сурдопедагогом из соседних Чебоксар и стараниям мамы у парня сформировалась чистая речь. И если не заметить за его ушками аппаратов, в жизни не подумаешь, что с мальчиком что-то не так. Учится хорошо, ни в чем сверстникам не уступает. Средний Леня - в садике. Тоже в обычном. В селе Красноармейское специализированных садиков и нет. Поскольку глухота настигла Леню не с рождения, он успел схватить много слов и даже предложениями заговорил. Но вот четко выговаривать все звуки у него не получается. Окончания теряет. Сложнее всего глухому от рождения Глебу. Растет молчуном. Кроме «мама» и «папа» пытается неловко выговорить несколько слов. Но вместо «дай», у него получается «ай», а вместо «киса» - «ии».
«Та волшебная и единственная на все Чебоксары женщина сурдопедагог, которая Вову вытянул, ушла на пенсию и уехала жить к дочке в Москву. Мы остались одни», - говорит Катя. На примере старшего Володи она понимает, что и у младших сыновей есть шанс на нормальную жизнь. Слышат они этот мир через слуховые аппараты, которые родители покупают за свой счет. А вот чтобы парни заговорили, нужна реабилитация в сурдологическом центре во Фрязино. Попасть туда с Леней и Глебом — самая большая мечта их мамы.
Вот только две реабилитации стоят 240 тысяч. И столько Наумовым не заработать ни в родном селе, ни в соседних Чебоксарах. Поэтому вся их надежда на нас. Ведь должно же этой семье повезти.
Мнение эксперта
Сурдолог РДКБ г. Чебоксары Галина Васильева:
– У всех братьев Наумовых нейросенсорная тугоухость. У Леонида и Глеба – III степень. Дети очень плохо говорят. Мы, к сожалению, затрудняемся назвать причину болезни троих братьев. Но понятно, что у младших есть все шансы заговорить. Лёне и Глебу рекомендовано пройти курс реабилитации в сурдологическом центре во Фрязине, который является одним из лучших в России. Чем раньше начать, тем скорее будет результат в плане развития речи.
