Та тоска, которую мы все сейчас испытываем, это не тоска по ресторанам, друзьям и вечеринкам. Это не тоска по работе, кофе с собой и путешествиям. Это даже не тоска по привычной стабильной жизни и вере в завтрашний день. Это тоска всегда была с нами.
Вспомните, где бы мы не были, мы всегда время от времени испытывали тоску. Вспомните декабрь, как нам было тяжело без света и снега, а переполненные ТЦ казались нам глупыми, искусственными и бесили сами разговоры о новогоднем настроение: и об его отсутствии и о его наличии. Вспомните, как раздражали лучшие друзья. Как нам было тоскливо, что мы так различаемся с любимым человеком. Вспомните последнее путешествие и нежелание возвращаться. Минимум раз в день нам казалось всё бессмысленным. Несмотря на работу, кофе, кафе, друзей. Тоска была с нами всегда. Всю жизнь мы прятались от тоски, а сейчас она стала видна чуть отчётливее. Вся наша жизнь была наполнена этой тоской. Теперь у нас есть шанс смотреть ей в лицо.
Мы можем заниматься бесконечным рефрейменгом и говорить, как много мы успели сделать в заточении, мы можем читать книги, заниматься спортом, мы можем искать во всём позитив – это не избавит нас от тоски. Мы можем жалеть себя, лежать под одеялом, есть вкусное и смотреть сериал. Мы можем составлять бесконечные списки того, что мы сделаем сразу после. Мы можем злиться, ненавидеть и искать виноватых от ментов и путина до китайцев и трампа. Мы можем говорить, что мир стал сплочённнее и добрее, что воздух немного очистился, что мы стали ценить простые вещи. Это не избавит нас от тоски.
Мы можем уходить в работу и искать смысл в ней и делать свою жизнь осознаннее. Мы можем прорабатывать свои детские травмы и лезть в подсознание, идти навстречу себе, узнавать и принимать себя и свою смертность – знание о причинах тоски не избавит нас от тоски. Мы даже можем писать подобные тексты и постить их в социальных сетях. Всё это не избавит нас от тоски. Всё – это бегство от тоски.
Тоска была всегда. Просто раньше мы скрывались от неё более удачно. Мы затягивали этот узел сильнее. Каждый раз, когда мы отворачивались от своей тоски и уходили в друзей, дело, любовь, вечеринки, мы затягивали этот узел сильнее. Не потому что тоска – важнее любви или вечеринок. Ничего не важнее. Но тоска это тоска, и мы подменяли одно ощущение другим, чтобы не испытывать тоску. Сейчас мы загнаны. Сейчас наш шанс. Посмотреть своей тоске (тревоге, гневу, ярости, скуке) в лицо.
Это единственный рефрейминг, который я себе позволю. Это единственный поиск оптимизма, который я себе позволю.
Эту тоску можно назвать зовом домой, эту тоску можно рассмотреть как ощущение в груди. Просто неприятное ощущение в груди, тяжесть, щемление, боль и даже сладость – любое ощущение – которое напоминает нам, что всё – возникает и исчезает. И так – бесконечно. Сейчас нам приоткрылся путь. Сейчас мы можем сделать несколько шагов по пути.
Я ощущаю тоску. Хорошо. Где я ощущаю тоску? Что именно я ощущаю? Не оценивая. Не ища причины. Не отождествляя себя с тоской, с ощущением. Я не моя работа, я не мой бумажник, но я и не моя тоска. Тоска – это ощущение в груди, в теле. Здесь и сейчас. Как я её ощущаю? Просто наблюдая – как я её ощущаю? Как долго она продлится? Как долго продлится время без неё? Как быстро она вернётся? Это – шаг на пути. Нам всем представилась возможность – идти по пути.
И если мы допустили, что тоска – это просто ощущение, и мы не есть наша тоска, то мы должны задаться вопросом – что тогда есть мы? Что – есть я? Есть ли оно вообще? И если мы испытываем от этого вопроса смятение, ужас, досаду, непонимание – мы на пути. Мы двинулись по нему.
