1. Олег Сахаров вспомнил всё: "Декабрь 1980 года, желдорбат, Амурская область. Как всегда в ЖДВ, дембель искусственно затягивался и стремился к 31 декабря (летом к 1 июля).
Изможденные безделием и ожиданием самого святого для советского воина дня увольнения в запас, дембеля решили в очередной раз разбавить грусть-печаль водочкой и винишком.
Надо сказать, что переслужили они на тот момент минимум месяц , отцы командиры старались их не замечать и заботились лишь о том, чтобы в казарме не было ЧП. Гонец, который вечером привез на КПП бухло, очень неосторожно зазвенел стеклянной тарой при передаче вещмешка заказчикам.
Находившийся неподалеку дежурный по части старлей - фантомас (офицер двухгодичник после гражданского ВУЗа) возмутился было, но был лаконично послан. А затаренные добросовестно пошли в казарму.
На их беду в части еще находился начальник штаба, которому было оперативно доложено об оскорблении самим потерпевшим. Кадровый офицер, конечно не смог оставить это без последствий и, подняв «в ружье» караул, отобрал пойло…
А бойцов на ночь определил в камеру гауптвахты. На следующее утро была намечена показательная акция. На плац перед всем батальоном (600 человек) вывели наших дембелей. Нач. штаба зачитал «приговор» и каждому за шиворот из бутылок было вылито вчерашнее пойло.
Надо сказать, что мороз за 30 обычное в тех местах дело, поэтому форма облитых сразу заледенела и были они конечно без бушлатов и ремней. Не знаю, что этим хотело добиться командование, но отлично помню, как сначала над плацем повисла тишина и народ соображал и принюхивался…
А когда была вылита последняя бутылка, то с задних шеренг раздалось слабое одиночное: «козлы!» Подхваченное сотнями глоток многократное оскорбление стало крепнуть и стало ясно, что громче него над этим плацем ничто никогда не звучало.
Стихло оно лишь тогда, когда растерявшийся начштаба дал команду увести облитых дембелей. Стало понятно, что акция устрашения не удалась, каждый проецировал ситуацию на себя и, не взирая на срок службы, сочувствовал потерпевшим.
Вот такое воспоминание «про бухло». Хотя в данном случае по прямому назначению не было употреблено ни капли..."
2. Сергей Кулакевич рассказал про трудотерапию: "Потянуло на подвиги, как выпьешь голову сносит от СВОБОДЫ! Батальон наш находился в сосновом лесу и до ближайшего населенного пункта было километров 15. Ходил только автобус с утра и после обеда возил в школы детей офицеров ну и почту забирал.
"Костя"- капитан Костюченко, начальник штаба, ехал из поселка в служебном автобусе в батальон и видать кого-то в поле через замершее стекло заприметил. Как он потом рассказывал -смотрю говорит в сторону части точка черная в поле идет…
Прибыв в батальон, срочно всех построил на плацу, пересчитал, вычислил кого нет и на входе в часть поймал. В вещмешке было бутылок шесть красного. Так начштаба заставил при всех на плацу разбить, а потом красное место зачистить до асфальта.
Вот и все решение вопроса со стороны руководства и никакой ГУБы. Да у нас ее и не было, все лечилось трудотерапией…»
