Звучит как заголовок бульварного романа или французской кинокомедии, не правда ли? Как бы ни звучало, голос этого существа впечатляет гораздо сильнее, чем попытки сказать о нем несколько слов. Но мы все равно их скажем.
Превращения такого рода не редкость в истории поп-музыки прошлого века. Синатра воскресал минимум троекратно. Арета Франклин успела выпустить десяток отборных альбомов на лейбле CBS, но магия её таланта в полной мере проявилась только с переходом на Atlantic. Триумфальное возвращение Тины Тернер также принадлежит к этой категории сенсаций.
На каком-то этапе присутствие становится явлением, а событие - чудом.
Патти Лабелль появилась словно прекрасная ассистентка фокусника , запертая в волшебном шкафу. Причем, под видом иллюзиониста мог скрываться сам Воланд.
В нужном образе, с подходящей песней, она моментально заняла подобающую нишу, потеснив сугубо мужскую компанию тогдашних звезд глэм-рока.
Каким бы ни был нынешний авторитет Джорджа Клинтона, его гениальное детище Parliament в ту пору игнорировали как нечто, чересчур экзотическое и "негроидное".
Перед Lady Marmalade, идеально подходящей для стриптиза на дому, устоять было невозможно, даже если смысл пикантной фразу по-французски, был непонятен тому, кто напоролся на этот хит в эфире, где Lady Marmalade соперничалас Nutbush City Limits неутомимой Тины.
Конкурировать с Лабелль в плане эпатажа могли только The Tubes и Элис Купер. Но в основе их шоу были бурлеск и Роллинг Стоунз, а за оголенной спиною Леди Мармелад маячил Новый Орлеан - столица черной магии и пороков, сохраняемых в их первородной остроте. Город, в котором Алистер Кроули писал свое "Лунное дитя".
Безумный мир получил свою чернокожую Геллу, чью вокальную свиту украшали блистательные Нона Хендрикс и Сара Дэш.
Делиться впечатлениями связно, когда так стремительно распадается связь времен бессмысленно. Вспоминая великую актрису, делятся восторгом, в который она приводила с искусством языческой жрицы.
Да, всё это была сила искусства - весь этот пульсирующий вагинальный демонизм, которому столь жалко пытались подражать скандальные дивы страны советов.
А в действительности была "золушка" или, если угодно, "спящая красавица", выпустившая в начале шестидесятых скромный "дисочек" под названием "Патти Лабелль и Колокольчики".
Стоит человеку прославиться, тут же всплывает ранний материал, на котором норовят нажиться бессовестные дельцы. Едва появилось дешевое переиздание дебютного диска Лабелль, я набросился на него, как маньяк. В сущности это был девичий gospell. Единственно быстрой вещью оказалась "Я сдала мое сердце старьевщику", и она стояла в самом конце пластинки, как Dizzy Miss Lizzy в битловском "Хэлпе".
Чем занималась мисс Лабелль восемь лет, отделявшие её от всемирной славы, выяснить было сложно. Она могла петь в церкви, могла нянчить детей, как это делала Литтл Ева для Джерри Гоффина и Кэрол Кинг, за что её поощрили композицией Locomotion.
Важнее то, что было далее. А далее была нейтрализация имиджа и нормализация материала, который не шокирует, а просто впечатляет качеством и мастерством интерпретации.
"Мы, оглядываясь, видим лишь руины", - сказал один наблюдательный человек. К счастью, не всегда, не везде и не во всем.
Благодаря таким талантам, как мисс Лабелль, прислушиваясь к прошлому разборчивый товарищ уловит нечто более симпатичное, нежели какофония дегенеративного панка. И это не будет слуховой галлюцинацией. Это будет выбор здорового человека в крайне нездоровой обстановке. Берегите себя.
Далее:
*Дайана Детройтская
* Дайана Росс. Шепот сквозь маску
* Дионн Уорвик. Черная жемчужина
* Памяти Нэнси Вильсон