Бывают такие дни, когда народ в клубе становится, как мы его называем внутри коллектива, «горячим». Это значит, что мы с Костей можем заставить их делать, что угодно, даже раздеться. Коллега включает какой-нибудь разрывной трек, а я начинаю вести топлу. Пятнадцать-двадцать минут кача, и можно выжимать футболки. Народ любит врываться, а мы заряжаемся его энергией.
Закончив смену, я попрощался с Костей и отправился к машине. На выходе из клуба стояли Настя с Олей и курили.
- О, Виктор Валерьевич! – раскинула руки в стороны Настя. – Какие люди! А мы как раз такси собирались вызывать. Не хотите ли нас подвезти?
- Настя, - осадила ее подруга. – Что ты несешь? Простите, - это относилось уже ко мне, - мы сами доберемся.
- Мне не трудно, только до машины придется прогуляться.
- Заебись! – крикнула Настя так, что аж люди обернулись. – Ой… Простите… Куда идти?
Машина стояла в нескольких кварталах отсюда, на бесплатной парковке. Мне повезло случайно найти это место во дворах, иначе бы я разорился. К концу пути Оля буквально тащила подругу на себе. Сзади валялась куча ненужного хлама. Я кое-как сгреб его в кучу, чтобы освободить одно место. Туда приземлиласт красная от стыда Оля, после того как упаковала Настю на пассажирское сидение.
- Если надумаешь блевать, - обратился я к Насте, - скажи, я остановлюсь.
- Я никогда не блюю! – она шлепнула по панели. – Но окно открыть не помешает.
Мы неслись по третьему кольцу к Ленинскому проспекту. Оля жила сразу на съезде, а Настя чуть дальше, в районе Академки. Реклама на «Серебряном дожде» сообщала, что в ближайший месяц апартаменты в Москве-Сити, которую мы как раз проезжали, продаются с огромной скидкой, и что такое предложение нельзя упускать. Настя поддакивала, что однажды она удачно выйдет замуж, и ее муж купит целый этаж без всяких скидок. Оля, закрыв лицо рукой, молилась, чтобы мы быстрее доехали.
Оставшись со мной наедине, Настя стала рассказывать о своем бывшем парне, который изменил ей прямо в ее день рождения с подругой детства. С тех пор она считает всех мужчин козлами и сторонится отношений, но при этом отметила, что я - «симпатичный» и что «это ничего не значит». Я выделил из пьяного бреда нужную информацию. Прежде, чем покинуть мой автомобиль, Настя заставила записать ее номер телефона и обязательно сообщить, как доберусь до дома.
Естественно, писать ей в ту ночь я ничего не стал. Как и не писал ничего вплоть до вторника, пока они с Олей появились на паре. Девочки вели себя, как ни в чем не бывало, даже подготовили большой доклад и блистательно с ним выступили, заслужив аж по два плюса каждая. В принципе, конфликт был исчерпан, и Оля на всякий случай уточнила это после пары.
Во время обеденного перерыва я все же решил написать Насте смску: «Привет! А ты была хороша! Продолжай в том же духе!», и стал ждать ответ. Через минуту раздался звонок.
- Кто это?! – орала Настя в трубку. – Идите нахуй и больше сюда не звоните!
- Это - Виктор Валерьевич, - опешив, ответил я, – больше не буду. Прости.
- Я перезвоню. – и бросила она трубку.
Я не успел даже положить телефон на стол, как снова раздался звонок.
- Виктор Валерьевич, - шипела Настя в трубку, - откуда у вас мой номер?
- Ты же сама мне дала его.
- Я?! Когда?!
- Понятно, Настя. Пить надо меньше, всего доброго!
- Подождите, - ее шепот быть столь громким, что можно было говорить и обычным голосом, - вы еще тут?
- Тут – где? – не понимал я.
- Тут – в МФЮА.
- Да, ем в столовой.
- Я сейчас буду, - и Настя снова бросила трубку.
Буквально через десять минут она появилась на пороге столовой и стала выискивать глазами меня. Увидев цель, девочка для прикрытия вооружилась подносом, положила на него легкий салатик, быстренько все это оплатила и села напротив.
- Я дала вам свой номер? – сходу выпалила она.
- А еще сказала, что я симпатичный, но это ничего не значит.
Настя закрыла лицо руками.
- Я хотя бы не заблевала машину?
- Во всеуслышание заявила, что не блюешь, и слово свое сдержала.
- Виктор Валерьевич, простите, я правда виновата… Я могу как-то загладить свою вину?
Я поманил Настю пальцем, чтобы она наклонилась поближе и приблизился к ее уху.
- Отсоси мне… - шепнул я.
- Что-о-о?! – взорвалась Настя на всю столовую. На нас начали оборачиваться люди.
- Тихо-тихо, - я выставил руки вперед и стал ржать, - один – один! Все честно! Ты послала меня нахуй, я попросил тебя мне отсосать. Теперь мы в расчете.
- Вы – ненормальный?
- Я справедливый. А по поводу вины – сегодня вечером мы с тобой пойдем погулять.
- У меня есть выбор? – спросила Настя.
- Увы, теперь не отвертишься.
- Ладно, заезжайте за мной около 20:00. Адрес, как я понимаю, вы знаете.
- Ну, а то!
Настя оставила нетронутый салат на столе и отправилась обратно на пару. Я, закончив обед, поспешил домой, чтобы как следует успеть подготовиться к вечеру. Надо было, как минимум, побриться во всех местах (на всякий случай!) и погладить вещи.
Ровно к восьми вечера я подъехал к ее многоэтажке. Настя уже стояла у дверей и дожидалась. Мы поехали погулять в Воронцовский парк, оттуда смотались на Воробьевы горы и, сделав круг по ТТК, вернулись к ее дому. Девочка вела себя максимально сдержанно, хотя и было заметно, что ей от этого некомфортно. Когда я дома брился, то надеялся, что смогу быстро уломать ее на секс, но по факту даже поцелуя не было - Настя к себе совсем не подпускала. Наши губы сомкнулись лишь во время следующей встречи, и то в самом конце. Можно сказать, что я заставил ее. С одной стороны, эта недоступность еще больше заводит, а с другой стороны, если палку перегнуть, начинает отталкивать. И Настя ее перегнула.
Семестр близился к концу, у нас вроде завязались какие-то отношения, но дальше поцелуев мы так и не продвинулись. Я приставал к ней в машине, в подъезде, даже один раз у нее дома. На все – отворот-поворот. То месячные, то родители сейчас вернутся, то еще какая-нибудь херня. При этом Настя полностью забила на пары, прожигая ночи в «Family», где ее видели со мной и теперь принимали, как свою, а меня просила ставить плюсики, чего я, естественно, не делал.
Когда до зачета осталось два дня, я решился на отчаянный шаг: предложить Насте пожить это время у меня, чтобы лучше к нему подготовиться. Мои интересы тут, конечно, тоже учитывались. Но она сказала, что справится со всем сама, и что я очень тороплю события, а она так не может. Психанув, я ее удалил номер телефона, и набрал Наполняйскому.
- Валерий Юрьевич, может ли меня кто-нибудь заменить на зачете? – взмолился я. – Никак не могу присутствовать. Срочно к врачу надо, геморрой вылез с палец.
- А тебя и не надо никому заменять, дорогой. Конференция отменилась, я сам все приму. Ты, в принципе, свободен. Принеси мне только ведомости с оценками, чтобы я знал, кому ставить автомат, и все.
Моей радости не было предела. На следующий же день я примчался в академию, вручил Наполняйскому бланк с оценками и, получив похвалу за отличную работу, отправился домой пить. Все это время Настя пыталась дозвониться, но я не отвечал. Когда от нее пришла смска: «Приезжай ко мне!», в желудке плавало почти пол бутылки Джеймесона.
«Для чего? Чтобы в очередной раз уехать со звоном в яйцах? Мне не 15 лет, Насть. Такой формат общения меня не устраивает» - написал я. В ответ прилетела ее фотография в нижнем белье с подписью «Я жду!». Сыграл ли свою роль виски, или же меня в принципе в таких случаях не надо было долго уговаривать, но уже через десять минут я садился в такси, которое везло меня прямиком к Насте в квартиру.
Царил полумрак. Она встречала меня в распахнутом шелковом халатике, под которым виднелось прозрачное кружевное белье. По всей квартире были зажжены ароматические свечи, которые выстроенной линией вели прямо к кровати. На одеяле удобно расположилась пиала с фруктами. Настя толкнула меня на кровать и села сверху. Чувствовалось, что она тоже пьяна. «Алиса» по ее просьбе включила «плейлист для секса», и заиграла медленная музыка. Девочка начала кормить меня виноградом, постепенно стягивая одежду и раздеваясь сама. Когда мы оба остались, в чем мать родила, Настя достала из прикроватной тумбочки масло и начала делать массаж, который постепенно перетек в секс. Те навыки, которые она демонстрировала в эту ночь, я не встречал даже у самых опытных проституток. Мы заснули только в четвертом часу.
Когда я открыл глаза, Настя бешено носилась по квартире, в одних джинсах, параллельно пытаясь подвести глаза. Ее маленькие груди смешно подпрыгивали при каждом движении
- Что случилось? – спросил я.
- Как что? Зачет. Вставай, давай! Мы опаздываем.
Первой мыслью у меня был пожар, потом – приезд ее родителей, но на деле все оказалось гораздо прозаичнее.
- Мы?
- Вить, блять. Не еби мозги. Я уже вызвала такси. Собирайся давай, без тебя я зачет никак не получу.
Папа всегда меня учил, что спорить с женщиной – последнее дело, поэтому я просто повиновался. Быстро натянув джинсы и накинув сверху майку, я влез в кроссовки и стал ждать бегающую по квартире Настю.
Она посадила меня на переднее сидение такси, а сама села сзади. Ехать было совсем ничего, поэтому мы даже не успели обмолвиться с ней и фразой. Если честно, то и не особо хотелось. Я ждал одного единственного момента, когда мы уже окажемся возле академии.
Едва такси остановилось перед входом, Настя выскочила из него и понеслась к дверям. Увидев, что я не собираюсь покидать автомобиль, она вернулась обратно.
- Алло!! Мы опаздываем! – ее палец готов был пробить стекло наручных часов. – Зачет, помнишь?
Я нажал на кнопку, и окно опустилось.
- Я забыл тебе сказать, Насть. Его принимаю не я, а лично Наполняйский. Так что удачи тебе. Напиши, как сдашь. А я поехал отсыпаться! Устал что-то очень. Ночь тяжелая была… - окно закрылось прямо перед лицом Насти. Таксист ударил по газам, и машина понеслась в сторону моего дома.
Пока мы добирались на другого конец Москвы, мой телефон разрывался от ее звонков. Непонятно, кто в этой ситуации оказался проигравшим: Настя, попытавшаяся получить зачет, переспав с преподом, и прогоревшая на этом, или же я, влюбившийся в свою студентку и в одночасье выяснивший, что все это было только ради того, чтобы получить хорошую оценку.
Так или иначе, мы оба добились своего: Настя с горем пополам с третьего раза получила заветную запись в зачетной книжке, а я, пусть и такой ценой, но приударил за студенточкой.