Я часто позволяю себе отпускать мысли бродить по зарослям сознания (хоть кто-то из нас может бродить). Я не останавливаю их. Они перелетают с ветки на ветку, перепрыгивают заборы, с силой дергают двери, суетливо кладут сумки на ленту, запрыгивают в последний вагон, переходят реку по льду, кропотливо собирают лесные ягоды, выходят из машины, хлопают дверью, ловят такси и уезжают в неизвестном направлении, пока я просто сижу.
Подъезды
Иду по старому подъезду и вглядываюсь в каждую дверь. В отличие от новых высоток с идеальными блестящими дверками, он кажется уставшим и потрепанным. Каждая дверь уникальна: одна железная, другая из спрессованных деревянных стружек, третья — зеленая со вмятиной. За каждой из них живет абсолютно уникальный человек с проблемами и радостями. Каждый день, может, два раза в день, а, может, раз в неделю он выходит из своей большой или маленькой квартиры с евроремонтом или с пожелтевшими от времени обоями с большими заплатками не впопад. Он делает оборот, три оборота, закрывает два замка и кладет ключ в карман, в сумку, под ковер, а потом уходит. Идет на работу, в магазин, к любовнице, планирует вернуться к обеду, рассчитывает посмотреть телевизор вечером, не собирается больше возвращаться. Он думает о своей жизни, о новой песне, о коте, о сексе, о том, что больше не хочет жить, но никто другой об этом не знает.
Я останавливаюсь на секунду и разглядываю разлитую по полу краску. Крепкий запах сигарет смешиваясь с сыростью ударяет мне в нос. Каждая деталь хранит в себе чью-то историю, которую ты никогда не узнаешь. Ты выходишь из подъезда, замирая на секунду, почуяв запах весны.
Копировать – вставить
Ты же чувствовала себя уникальной, когда он приобнимал тебя на мосту. Вы смотрели на город, а ты думала, как же он догадался приехать сюда, разглядывать машины, крыши домов, блеклые фонари, болтать ни о чем. Какой он романтичный.
Комики обкатывают свои стенд-ап программы в непопулярных мелких клубах. Не раз и не два. Они переписывают тексты, дополняют шутки, чтобы люди смеялись. С удачными зарисовками потом ездят в тур по городам. И люди смеются над тем, что было миллион раз исправлено и подстроено под аудиторию.
А ты сейчас стоишь и улыбаешься, потому что он достал плед из багажника, ведь ночью на высоте ветер пробирает. Какой заботливый. Какой предусмотрительный.
Обещание
Я сижу за столом. Волосы уложены волосок к волоску, надела новые сережки, губы обведены красной помадой. На стрелки пришлось потратить около получаса, еще полчаса на поглаженную рубашку. Руки сложены в замок перед собой так, чтобы видеть часы. Стрелки расползаются, потом встречаются снова и снова. Время идет.
В очередной раз нежно глажу компьютер, чтобы загорелся экран. Пришло сообщение о севшем аккумуляторе. Вскочила, побежала за зарядкой. Все теперь под контролем. Сгрызла ноготь почти до основания. Достала кусок шоколадки, выпила стакан воды.
Пялюсь в экран. Его все еще нет. Подкрасила губы, налила кружку чая. Сейчас он появится. Захожу в инстаграм с телефона, спустя время он тоже садится. Черт.
Обновляю страницу, значок горит зеленым. Наконец-то! Набирает сообщение. Больше не набирает. Дождалась, я дождалась! Записывает аудио.
Понятно.
Встаю из-за стола. Захлопываю компьютер. Бросаю рубашку на пол. Стираю губы салфеткой. Выливая чай в раковину, снимаю серьги. Скручиваю волосы в пучок, открываю воду в ванной.
Неужели это так сложно?
Перья
Иногда мои мысли останавливаются. Они не объясняют причину, не просят прощения, просто перестают двигаться дальше.
Словно в светлой комнате, поцелованной солнцем, после драки подушками два человека смотрят друг на друга, и время вокруг замирает. Глаза в глаза они сидят в золотистом свете, пытаясь отдышаться, на их лицах все еще блуждает загадочная полуулыбка, но ни один из них больше не ударит. Распушенные перья, медленно кружа, опускаются на пол, исполняя свой последний вальс, прежде чем их соберут и отправят в мусорку.
Только людей рядом нет. Светлой комнаты тоже. Солнце ушло за тучи. Распушенные потерянные перья ложатся на пол.
Моя голова опустела.