Сидим.
Изолируемся весёлой компанией.
Хорошо, что есть дом в деревне, а не тесная квартирка, а то покусали бы уже давно друг друга.
Ждём, когда всё это закончится и, главное, чем.
Глядя на то, что творят некоторые, начинаешь завидовать то ли китайской дисциплине, то ли тому, что там власть не побоялась и ввела ЖЁСТКИЙ карантин, пригрозив реальными мерами за несоблюдение оного.
Видя, что происходит, как распространяется болезнь, понимаю, что ничего другого не придумать - не поможет.
Вот и сидим. Я с детьми в деревне у родителей, куда мы уехали, когда ещё всё только начиналось, а муж в Москве, потому что он отвёз нас и вернулся работать (так предполагалось). А сейчас он один. Скучает. Мокнет в ванной по несколько часов, читает книги, разговаривает с рыбцом в аквариуме, и, самое интересное, ему кажется, что тот ему уже начал отвечать...
И не понятно, сколько ещё всё это продлится.
А продлиться может долго, пока есть такие, которых я стала называть "а чО мне, не жить теперь?"
Одна из таких жаловалась мне, что закрыли все салоны красоты, невозможно ни брови пощипать-покрасить, ни ресницы нарастить, ни маникюр - педикюр сделать. "Что же, мне лахудрой ходить?" - гневно вопрошала она, а я, глядя на свои не идеальные ресницы, парировала:" Так уж и лахудрой?". А вчера она мне позвонила и радостно сообщила, что едет к своему мастеру за красивыми ногтями, а на послезавтра у неё ресницы и тоже на дому. Я в мыслях расставляя приоритеты, борясь с желанием наорать, резко ответила: "А ты не боишься? Ты же не знаешь, кто был у твоего мастера на дому? Ты не боишься, сидя в двушке с двумя детьми и престарелыми родителями, а у мамы ещё и сахарный диабет и ещё что-то сопутствующее? Не боишься притащить им вместе с ногтями ещё и какую-нибудь заразу?"
"Не, ну а чО, мне не жить теперь?"- от этой её фразы меня захлестнула волна возмущения, я повесила трубку, чтобы не ругаться.
Прямо бесит меня...
Вчера подруга выговаривала дочери. Ругалась так, что стёкла дрожали (с её слов). Суть в том, что девица семнадцати лет умотала на шашлыки с друзьями. А друзья кто? Такие же юнцы, вот только половина из них - москвичи, которые приехали в городишко валом, как только объявили первую нерабочую неделю. А у дочки астма. Сами понимаете, группа риска. "И, пока я на работе, с сохранением всех мер предосторожности, эта... эта... На шашлыки они пошли. Давно не виделись. И ты знаешь, что она мне ответила, когда я спросила, на кой чёрт её туда понёс, на эти шашлыки?" - с возмущением выговаривалась мне подруга. " А чО, мне не жить, что ли? " И, уже подуспокоившись:" Я думала, сама её прибью, так испугалась за дуреху".
Мне врезались слова моего знакомого. Он работает врачом-реаниматологом в небольшой больнице провинциального городка. Я ему звонила, чтобы узнать, как обстоят дела с этим вирусом у них. Он ответил, что работают в режиме боевой готовности, так сказать, но пока у них случаев не было. Мы с ним поговорили немного, а в конце он мне сказал: "Знаешь, я сам не боюсь этого вируса (так получилось, что семьи у него нет), я боюсь, что, если у нас начнётся, мне однажды придётся делать выбор, кого подключить к аппаратам ИВЛ, а кого оставить умирать. И мне потом жить с этим выбором".
И явно, что те, кто живёт сейчас, в дни тяжелейшего для страны кризиса, руководствуясь принципом "и чО, мне не жить что ли" никогда об этом не задумывались.
