Я помню, как когда мне было семнадцать лет я мечтала уехать из родительского дома, жить самостоятельно, вдали от дома, где все читают нравоучения, учат жить. Думала, мне же целых семнадцать лет, я уж точно побольше остальных знаю, что мне делать со своей жизнью. Думала.
Я помню, как летом после выпуска из школы мы с мамой поехали в Санкт-Петербург - это была моя первая поездка в этот город, да и в целом, первая поездка на такое далекое от дома расстояние (так, к слову, это были мучительные и одновременно прекрасные полторы тысячи километров). Помню, в какой эйфории пребывала, когда вышла из машины и поняла: "Да, моя мечта наконец-то сбылась!". В голове была куча мыслей о том, что вот еще чуть-чуть и начнется моя долгожданная самостоятельная жизнь наедине, жизнь, в которой никто больше ничего мне не скажет.
И правда, первые три месяца самостоятельной жизни дались мне легко - я, будучи довольно самостоятельным человеком, спокойно справлялась со всеми тяготами "самостоятельной" жизни. Спустя полгода такой жизни я ровно так же спокойно писала подружкам о том, что не особо скучаю по дому, меня устраивает то, что я сейчас умею и совершенно не удручает то, что я живу в дне сурка "учеба-работа-учеба...". Главное, что одна! Тем более с родными я часто созванивалась.
Через год, после завершения летней сессии, я все-таки купила билеты домой на десять дней - хотелось встретиться с родными, с друзьями, да и в Санкт-Петербурге уже не было никого, с кем я могла бы провести время. И вот здесь началось самое странное.
У меня в голове и мысли не могло возникнуть о том, что за год то, что было столь родным, может стать таким чужим. В первую ночь дома я не могла найти себе места, чувствовала себя некомфортно. Короче говоря, всю ночь я ревела и хотела на следующее утро уехать обратно в Санкт-Петербург. Та опека и любовь, от которой я успела отвыкнуть за год, просто душила меня, и я не понимала, зачем люди вокруг меня так суетятся и пытаются сделать для меня что-то, если я сама могу это все сделать.
Через пару дней, правда, вот это внутреннее чувство дискомфорта исчезло. И в конце моего пребывания дома оно сменилось еще большей проблемой - я не хотела уезжать. Мне было все равно на всю эту самостоятельную жизнь, на ВУЗ, на работу, на новых друзей - я хотела свернуться комочком где-нибудь в углу родительского дома и провести там остаток своей жизни. Последняя ночь в родительском доме я провела так же в слезах.
Тогда я, возможно, поняла все слова про родительское крыло, про отчий дом и любовь родителей - все то, что нам говорили с первого класса по одиннадцатый. Из самостоятельной взрослой жизни, оттуда, где я должна принимать серьезные решения и где от этих решений зависит моя жизнь, я попала обратно туда, где я до сих пор маленький беззащитный ребенок, который нуждается в постоянной любви, который может не думать ни о чем и быть просто по-детски наивным.
Сейчас мне двадцать лет. Я три года как живу в Санкт-Петербурге. Да, той самой взрослой жизнью, о которой мечтала в семнадцать лет. Но в моменты, когда я начинаю нуждаться в отдыхе от всего этого серьезного и скучного взрослого, я покупаю билеты и срываюсь к родителям - туда, где я все еще ребенок.
