Утро Алёны было расписано по секундам: вправо-влево, душ-кофе, открывание-закрывание двери, автобусная остановка. Но… каждое утро ей не хватало этих самых секунд. И не только сейчас, когда она спешно собиралась на работу в больницу, но и раньше - и в школе, и в институте. Частенько преподавателю, открывшему дверь в аудиторию, приходилось посторониться, чтобы пропустить вперед глазастое кудрявое чудо - Торопыгу. Причем, Торопыга – это не прозвище, а фамилия, доставшаяся ей от мамы и бабушки из-за отсутствия официальных мужчин в их семье. Как бы там ни было, а фамилию свою она оправдывала в полной мере. Уже стоя в дверях, девушка накинула на голову шарфик, чтобы прикрыть непокорные кудряшки. Шарфик в подарок ей несколько лет назад привезла бабушка из Китая, где принимала участие в симпозиуме врачей-гомеопатов. Шарфик был из тончайшего шелка: по серому полю зеленый затейливый орнамент, а в одном из углов шелком по шелку вышиты инициалы АТ.
Ветер толкал Алёну в спину, ускоряя её бег к остановке привычным маршрутом по аллее сквера, который бодро просыпался после зимнего покоя и зевал набуханием почек на деревьях и цветением крокусов.
Алена устремилась к двери маршрутки и уже занесла ногу на ступеньку, когда вдруг налетевший ветер сорвал с ее головы шарфик и унёс ввысь, а толпа внесла её в маршрутку. Сидя у окошка, Алёна тихонько поскуливала от огорчения, что не сберегла бабушкин подарок. Злилась на себя из-за того, что вечно все теряет. Не злится же ей на ветер?
А вот на Ветрова она когда-то сердилась, и жутко ревновала, и бросила его. Точнее – потеряла. Как сложилась его жизнь без неё? Помнит ли их встречи? По прошествии времени все недоразумения выскользнули из памяти Алены за неважностью, осталась радость, что в её жизни был возлюбленный, любовь к которому помогает ей сейчас преодолевать жизнь без него. «Мне столько надо рассказать ему при встрече, что жизни не хватит» - девушка вздохнула, прерываясь мыслью, чтобы выйти на своей остановке.
Дальше до кабинета опять бегом. Больных было мало. Зима ушла вместе с сосульками и гололёдом, снизив показатели по травматизму. Приняла мужчину, свалившегося со старой яблони при обрезке веток, бабульку с переломом пальца. У несчастной на утренней прогулке пес неожиданно подался вперед, натянув поводок.
Следующей в кабинет вошла врач скорой помощи.
- Привет, Алёна.
- Привет, Вика.
С Викой они дружат с детства. Соучастие в событиях, сорадование в победах, сочувствие в горестях и потерях для них естественное состояние. Иногда такое проникновение в жизнь друг друга раздражает, но чаще помогает моментальной реакцией без долгих объяснений.
- Я привезла тебе мотоциклиста, пострадавшего в ДТП. С ним интересная история приключилась. Представляешь, ему с небес шарф шелковый прилетел на шлем и весь обзор закрыл.
От услышанного у Алёны голова закружилась.
- И… что с ним? – дрожащим голосом спросила девушка.
- Переломов вроде бы нет, только ушибы, сама сейчас все увидишь. Вика выглянула в коридор и крикнула:
- Пострадавший в ДТП, заходите. Ладно, Алена, вы уж тут сами разбирайтесь без меня, а я поехала, - и быстро ретировалась.
Мотоциклист вошел хромая; он был высок и красив. Его не портило ни перепачканное лицо, ни порванная куртка, ни капельки крови на свитере. Взгляд его коричневых глаз был прикован к Алене. Он держал в одной руке шлем, а другую, в ладони которой был зажат шарфик, нерешительно протянул врачу.
- Возьми, Алена. Кажется, твой шарфик нашел меня.
- Андрей, где ты был целый год? Почему не приходил так долго? – сквозь слезы возмутилась Алена.
- Прости, любимая, я ждал подходящего случая. Видишь, дождался, - сказал Ветров широко улыбаясь, и крепко обнял свою единственную.