Глава правозащитной организации "Агора" Павел Чиков о том, почему Путин не вводит режим ЧС и избегает слов "карантин" и "чрезвычайная ситуация"
"Владимир Путин только что продлил нерабочие дни до конца апреля. Нет сомнений, что и на майские праздники власти не дадут россиянам съездить с друзьями на шашлыки. В любом случае первая декада мая тоже рабочей не будет. При этом президент потребовал сохранить заработную плату. То есть шесть недель работодатели, включая коммерческие и некоммерческие организации, не только госслужащих, должны продолжать выплачивать зарплаты. Назван этот период "режимом выходных дней".
Много вопросов звучит в последнюю неделю, почему власти не объявляют ни карантин, ни режим чрезвычайной ситуации, ни чрезвычайное положение.
Ответ простой. По всем законам государство гарантирует возмещение причинённого гражданам и юридическим лицам вреда.
Так, статья 9 Закона о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения гласит: Индивидуальные предприниматели и юридические лица имеют право на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их имуществу при осуществлении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.
Статья 24 закона "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера": Финансовое обеспечение установленных законом мер по предупреждению и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций федерального и межрегионального характера является расходным обязательством Российской Федерации.
Наконец, статья 29 закона о чрезвычайном положении гарантирует, что лицам, пострадавшим в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения чрезвычайного положения, или в связи с применением мер по устранению таких обстоятельств или ликвидации их последствий, возмещается причиненный материальный ущерб.
Именно нежелание возмещать убытки и ущерб российскому бизнесу и есть главная причина всех этих попыток пройти между струйками дождя, называя происходящее в стране "режимом выходных дней" или "режимом повышенной готовности". Убытки в любом случае нужно фиксировать, а наиболее тяжелые случаи ещё пройдут через арбитражные суды и доползут до судов международных".