Запасы еды на полках бункера подходили к концу. По предварительным оценкам, хватит еще на семь-восемь месяцев. Или на десять, если урезать паек. Сообщения о гуманитарной помощи давно пропали из радиоэфира. Да и самих передач почти не осталось - теперь выбор был между религиозными фанатиками, вещающими про всадников апокалипсиса и старыми записями Битлз и Элвиса Пресли с такими ужасными помехами, что начинали ныть зубы.
Их осталось всего шестеро, это втрое меньше, чем было в начале изоляции. Самые стойкие даже не здоровьем, а психикой, те, кто не сошел с ума от сиденья под землей последние два года, три месяца, шесть дней и восемнадцать часов...
После спада первой волны шесть лет назад всем показалось, что человечество снова в полной безопасности. Правительство гласило, что все под контролем, а в отдаленных районах в это время шли сверхсекретные стройки с новейшими лабораториями. Такие "острова безопасности" могли вместить много людей, но, увы, не всех. Только спустя четыре года все узнали, что та волна была просто подготовкой к самому глобальному испытанию человечества.
Вспышки в этот раз даже не пытались остановить, образуя "зоны отчуждения" с охраной по периметру. Доказать что ты здоров - было невозможно. Началась война, но не с главным врагом, а людей друг с другом. Соседи встали против соседей, родные против родных. Ресурсы кончались вместе с человечностью, срывая все социальные маски.
Самые обеспеченные строили бункеры с большими запасами продовольствия и снабжением водой. Они и стали главным объектом охоты. Позже деньги можно было жечь вместе с остальной макулатурой, тепла катастрофически не хватало.
Радиосвязь держалась дольше всех, целых восемь месяцев были слышны призывы правительства сохранять спокойствие. "Лекарство найдено! Вирус мутировал! Новые симптомы! Будьте бдительны, не контактируйте! Лекарство найдено!"
Но в бункере уже много дней никто не знал, что сейчас происходит в большом мире. На улице давно не было ни людей, ни животных, ни даже птиц.
Надежда давно растаяла, алкоголь выпит, даже человеческая речь в бункере не звучала по много суток. Оставалось только спать, чтобы не тратить последние запасы продовольствия.
Тихий шорох приемника можно было списать на галлюцинации, которые были частыми спутниками в бункере. Но когда сигнал повторился - спутать было невозможно. Сквозь помехи четко слышался голос диктора : "Карантин снят, мы победили. Помощь скоро будет".
Остается только построить мир заново.
Автор Юлия Пятовская