Сегодня с вирусом, будь он трижды не ладен, многим кажется, что они видят кошмарный сон наяву. Воплощение голливудских апокалиптических сценариев в жизни. Власти мечутся, дёргаются, совершают лихорадочные, бессвязные телодвижения. Бросаются из крайности в крайность. Что уж говорить о народе.
Не знаю, может, с моей стороны это позиция страуса, прячущего голову в песок. А может, проявление единственно здравого смысла. Я прячусь в книги и советское кино 50-х годов. И не могу понять, как в эту «страшную», «мрачную» эпоху писались жизнеутверждающие, добрые повести и рассказы, по ним снимались такие светлые фильмы. Эта искромётность, свежесть, вера в отличное будущее, улыбки, смех, добрая атмосфера — их не сыграешь.
***
Науку историю называют служанкой (или даже проституткой), обслуживающей интересы правящей верхушки. И этот так. Все факты можно исказить до неузнаваемости. Развернуть на 180 градусов, поставить с ног на голову, чёрное закрасить в белое (и наоборот). Зло объявить Добром (и наоборот).
Историки без хлеба никогда не останутся: знай в поте лица переписывай, раскрашивай, припудривай историю по заказу власти. В общем, из всех наук самая лживая и вредная — история. Её давно пора переименовать из наук в пропагандистский инструмент.
Другое дело литература. Тут сильно не размахнёшься, хотя попытки были. Запретить, изъять из библиотек, подвергнуть цензуре, вырезать из книг целые куски, Устраивать книжные аутодафе. В приказном порядке вносить писателей и поэтов в школьную программу или удалять из неё. Окажешься в школьной программе — ты классик, нет — канешь в небытие. Ну хотя бы отъявленные графоманы туда точно не попадут.
Разумеется, каждый автор очень субъективно смотрит на вещи. Но, тем не менее, он всегда зеркало своей эпохи. И даже если кривое — всё равно зеркало.
Поэтому: не учите историю — читайте литературу. Она, как машина времени, унесёт вас в прошлое. Она на сегодня — самый честный (за неимением альтернативы) свидетель дней минувших.
***
Итак, фильмы. «Сердца четырёх» сняты в 1941 году. На экране молодое изумрудное лето. «Двадцать рассветов осталось счастливых... Год сорок первый, начало июня...» Позвольте, но ведь война? Съёмки были закончены за несколько дней до самого чёрного в жизни страны воскресенья. И с грустью всматриваешься в лица красногвардейцев. Кто из них выживет в предстоящей мясорубке?
А вчера машина времени перенесла меня в 1940 год. «Тимур и его команда». 360 дней до войны. Я будто побывала на подмосковных дачках, где гуляли под зонтиками, пили чай и мечтали о прекрасной жизни чеховские герои. Заросшие муравой поленовские улочки, ветхие заборы. Старые заросшие сады. Дома с деревянными балкончиками, мезонинами, эркерами, верандами... Как они ещё не разрушились? Да ведь с революции прошло всего-то 22 года.
Что нам твердят перекрасившиеся историки? Что для Сталина война была полной неожиданностью. Что страна пребывала в приятной расслабленности. Но это неправда. Весь фильм пронизан тревожностью, дышит подготовкой и ожиданием войны. Тимуровская команда подчинена жёсткой военной дисциплине. Звёздочки на воротах. Герои — офицеры, вдовы, жёны и дети офицеров и солдат. Дядя Тимура инженер Гараев в конце меняет мирную профессию и предстаёт в военной форме. Та же предвоенная атмосфера в «Голубой чашке».
Вокзалы, призывы, прощания, марши, боевые песни под аккордеон. Скачущие по улицам конницы. Грохочущие танки — неуклюжие, громоздкие, похожие на вырезанные из железа наивные детские конструкции. Танкисты залезают в боковой люк, как в погреб. Всего через несколько лет это будут собранные в тылу легендарные «Т-34».
К чему это я? Всё к тому же. Что самая живая, правдивая история, передающая настрой общества и дыхание эпохи — это не учебники. Это литература и кино, какими бы лубочными они не казались.