Второе обращение президента к нации подвело итоги первого этапа борьбы с эпидемией. И подтвердило опасения значительной части малого бизнеса и населения, вынужденно запертого дома — «нерабочие недели» продлятся до конца апреля.
А фактически — до середины мая, поскольку длинные майские праздники (с юбилеем Победы) тоже будут нерабочими.
Россияне, наверное, обратили внимание, как изменился облик Владимира Путина и стилистика его выступления: больше нет прежней расслабленности и благодушия, в чертах лица появилась жёсткость, речь стала более мобилизационной, близкой даже к военной.
Те, кто хотел (или должен был) услышать, те услышали признаки недовольства антивирусной сверхактивностью московского мэра. Это проявилось, во-первых, в замечании Путина о том, что «в Москве ситуацию с эпидемией, несмотря на принимаемые меры, стабилизировать пока не удаётся». Во-вторых, в том, что, объявляя о расширении полномочий губернаторов, президент подчеркнул: они, принимая решения о введении де-факто на своих территориях отдельных элементов режима ЧС, обязаны согласовывать их с федеральным центром. К этому времени, кстати, уже стало известно об отставке глав двух регионов — Архангельской области и Республики Коми.
При этом, подтвердил глава государства, главным центром принятия решений остаётся координационный штаб во главе с премьером Мишустиным.
Однако большей части населения всё это было мало интересно. Судя по комментариям к обращению, всеобщее оживление вызвала главная новость, которую сообщил Путин: режим «нерабочей недели» продляется сразу до 30 апреля. Больше практически никаких подробностей, кроме ритуального заявления о том, что зарплаты вынужденно неработающим нужно сохранить, а сильные бизнес и экономика должны быть в приоритете у государства.
В отрыве от практических механизмов реализации эти благие намерения могли вызвать только то, что вызвали: скептические усмешки зрителей, язвительные и гневные комментарии в сети«. С вопросами «на что жить месяц?», «чем платить по кредитам и за коммуналку?» и призывами «вводить уже ЧС!».
Очевидно, ответы на эти вопросы должны будут давать премьер Мишустин, губернаторы и мэры городов.
Последним, впрочем, такие же вопросы задаются и напрямую. Например, мэру Вологды. При этом респонденты Сергея Воропанова проявляют завидную наблюдательность, сразу же отметив президентском обращении мысль о том, что местные власти могут варьировать продолжительность «нерабочих недель» в зависимости от конкретной ситуации.
«ДАВАЙТЕ ПОЖАЛУЙСТА ЗАКРОЕМ ГОРОД НА ВЪЕЗД И ВЫЕЗД, НО ВОССТАНОВИМ РАБОТУ ВНУТРИ ГОРОДА!!!» — эта идея, пожалуй, близка многим вологжанам.
В ответ мэр Вологды заявил, что он знает, «как сложно приходится и вологжанам, и вологодскому бизнесу»: «На федеральном, региональном, местном уровнях продолжается разработка и внедрение различных мер поддержки для граждан и малого и среднего бизнеса».
О некоторых из них мы уже писали. Накануне на совещании с президентом премьер объявил часть мер из «второго пакета» поддержки. Они, по мнению аналитиков, имеют явно выраженный региональный акцент. Первой мерой Михаил Мишустин назвал поддержку региональных бюджетов, в федеральном бюджете заложен 171 млрд руб. средств на реструктуризацию бюджетных кредитов и потери регионов от снижения доходов. Недобор налогов регионами (ключевыми для них являются налоги на прибыль, имущественные налоги; для муниципалитетов — НДФЛ). Налог на прибыль и имущественные налоги — это 25,9% доходов бюджетной системы РФ, большая часть их региональная. Как, заявил премьер-министр, муниципалитетам и регионам будет рекомендовано снижать имущественные налоги для арендодателей в обмен на снижение ставок аренды или отсрочку платежей МСП.
Что конкретно будет предпринимать правительство Вологодской области мы, возможно, узнаем уже завтра. По информации Самолёта, на 15.00 пятницы запланирован официальный комментарий главного областного финансиста Валентины Артамоновой.
Меры же по противодействию эпидемии, в первую очередь введенные режимы самоизоляции, могут рассматриваться как форс-мажор, это подтверждено правительством и, видимо, будет вноситься в нормативные акты.
В случае с более крупным бизнесом во втором пакете также будут задействованы налоги, но не имущественные, а на прибыль — при расчёте этого налога премьером анонсирован учёт расходов на санитарно-эпидемиологические мероприятия.
МСП как основной источник нестабильной занятости сейчас беспокоит правительство больше, чем крупные компании. Главная угроза здесь — 10 млн новых безработных и пиковая безработица на уровне 12–18%. Основная идея правительства — «гасить» увольнения в жизнеспособных МСП льготными кредитами на выплаты зарплат. Резерв гарантий ВЭБ.РФ для этих целей на 2020 год — 150 млрд руб. При этом, по данным некоторых СМИ, меры по налоговым отсрочкам и рассрочкам будут существенно шире, чем сфера МСП, а сами рассрочки в ряде случаев дольше, чем предполагается сейчас,— обсуждается срок до пяти лет.
Впрочем, правительство явно не намерено сейчас «заливать» предстоящие потери экономики деньгами: ряд экспертов полагает, что ни Белый дом, ни ЦБ пока не намерены пытаться влиять на совокупный спрос. Похоже, там рассчитывают на то, что посткризисное восстановление пойдёт по «китайскому», а не «европейскому» сценарию, с сильной степенью огосударствления экономической активности. При этом, по всей видимости, к маю-июню правительство России явно надеется сохранить значительную часть ресурсов для поддержки экономики к маю-июню, когда ситуация будет существенно более понятной и прозрачной, чем сейчас.
Что станет к этому времени с представителями МСП, их работниками и самозанятыми гражданами, страшно подумать. Остаётся пока надеяться, что ситуация в экономике всё же будет развиваться по опыту США начала прошлого века со страшной эпидемией «испанки» и нынешних Тайваня с Сингапуром. Опыта, который показывает: страны, которые без промедления сели на карантин и выдержали его, не только ограничили распространение инфекции, но и сумели сгладить и самые неприятные экономические последствия пандемии.