Знаешь, я до этого лета не пытался понять, какое кино мне нравится, какое — нет. Сейчас я, анализируя свои впечатления, понимаю: русское. Это, конечно, вопрос времени и места. Всегда лучше понимаешь (если вообще удаётся понять) то, что происходит вокруг тебя. И в киновосприятии национальная идентичность играет значительную роль. Особенно в восприятии немассового кино. Вряд ли люди не из России так будут сопереживать несправедливо посаженному за наркотики Илье. Или вовсе не поймут, что посажен он был несправедливо. И антагонист перестанет быть плохим, если отбросить российскость подходящего на экране. Ведь он просто сделал свою работу. Что в этом такого? Я уж было хотел перейти к универсальной части Текста, но стоит сказать пару слов о визуальной составляющей. Я на протяжении второй половины фильма, не издавая звуков, проговаривал слова. В основном, я неслышно восторгался (но с полной мимической отдачей) видами межпанелечных дворов и обзывал Илью за то, как он (здесь мог быть спойлер, но я держу себя в руках). Меня прямо распирало от русских постсоветских пейзажей, да, я из тех альтернативно одарённых, которые любят виды однотипных домов, построенных на скорую руку. Короче, там есть мои любимые русские дворы. А то сейчас напишу пятьсот строчек и ты опять не дочитаешь до конца. Саша Петров. Его персонаж показался мне неправильным Данилой Багровым. Неправильным, потому что современным. Илья пытается установить справедливость, но не везде. Илья помогает слабым, но этим слабым является сам. Илья не боится, но только внешне. Илья убивает, но лишь один раз. Я сейчас осознаю, что написал. И понимаю, что эта часть несомненно покажется странной всем, кроме меня. Просто прими как должное. И сходи на Текст.