Найти в Дзене

БО И НЕ…БО

Уговорились встречаться по утрам и учить друг друга науке полета и музыке. Уже через неделю Ангел легко подбирал на дудочке любую из знакомых мелодий, а Бо взмывал в небо без разбега и парил над лесом. Через две недели обоим это занятие надоело. «Вот ежели была эта дудочка моя, — думал Ангел — мне не надо было бы прилетать сюда каждое утро. Когда захотел, тогда и поиграл бы…» «А вот кабы были крылья совсем только мои — мечтал Бо, — я бы летал куда захотел…» В одно прекрасное утро сговорились они обменяться навсегда. Бо получил крылья, а Ангел заполучил дудочку и дом Бо. Так уж. Если у тебя крылья — живи себе в небе, а если дудочка — твои дом и лес и все вокруг. Ангел первым делом уселся на крыльце и заиграл нехитрую, но веселую мелодию вслед улетающему в небесные дали Бо. Вот Бо скрылся из виду и Ангел, наигрывая на дудочке, ощущая непривычную легкость за плечами, пошел себе по лесу. Гулял он долго. Играть ему надоело, и он решил вернуться на теплое крыльцо, но заплутался. Привыкший

Уговорились встречаться по утрам и учить друг друга науке полета и музыке.

Уже через неделю Ангел легко подбирал на дудочке любую из знакомых мелодий, а Бо взмывал в небо без разбега и парил над лесом.

Через две недели обоим это занятие надоело. «Вот ежели была эта дудочка моя, — думал Ангел — мне не надо было бы прилетать сюда каждое утро. Когда захотел, тогда и поиграл бы…»

«А вот кабы были крылья совсем только мои — мечтал Бо, — я бы летал куда захотел…»

В одно прекрасное утро сговорились они обменяться навсегда. Бо получил крылья, а Ангел заполучил дудочку и дом Бо. Так уж. Если у тебя крылья — живи себе в небе, а если дудочка — твои дом и лес и все вокруг.

Ангел первым делом уселся на крыльце и заиграл нехитрую, но веселую мелодию вслед улетающему в небесные дали Бо. Вот Бо скрылся из виду и Ангел, наигрывая на дудочке, ощущая непривычную легкость за плечами, пошел себе по лесу. Гулял он долго. Играть ему надоело, и он решил вернуться на теплое крыльцо, но заплутался. Привыкший в небесах парить, на земле он совсем не ориентировался. Опечаленный, присел на траву и заиграл грустную песенку.

Бо в это время плыл по небу. Вскоре ноги у него затекли, а спина устала. Руки тоже с непривычки, от долгого летания ныли. Не будешь же, как дурак парить в небе с постоянно раскинутыми руками. И не станешь же ты летать в небе с руками, скрещенными на груди. И лететь то было некуда. И направо, и налево, и куда ни кинь взгляд — было одно только бескрайнее небо, а внизу круглой лепешкой лежала земля. В конце концов, ему захотелось присесть, отдохнуть на облаке, но легкое облако не удержало плотского веса Бо. Он, провалившись, понесся к земле, успев, правда, в последний момент расправить крылья и рухнул прямо на Ангела, грустившего под деревом.

Бо угрюмо слез с Ангела, снял крылья, отобрал у него дудочку и молчком направился к дому, ведь в лесу Бо ориентировался гораздо лучше, чем в небе. И уже подходя к дому, сердито буркнул:

— И на хрена мне эти крылья?..

Ангел же, обтер ладонью потрескавшиеся губы, напялил помятые крылья, и взмыв под облака молвил сам себе с укором: «Дудочка, дудочка…Эх я!..»

С тех самых пор они опять раздружились. Бо, поглядывая в небо, уходит в дом, едва завидев Ангела, и бурчит себе под нос: «И мы летали…»

Ангел же, заслышав мелодию дудочки Бо, разворачивается и летит в другую сторону, думая: «А у меня то лучше получалось…»

А мелодия разливается себе прямо в синее небо.