Музыка пела и плясала. Проникала в кровь и вскипала огненными пузырями.
И лисьи глаза преследуют ниоткуда. И песня начинается. Среди полей проносится звонкие трели волынки. И пыльная надежда взмывает вверх, под лихие мелодии.
И время вертится быстрее и быстрее.
Давай! Еще раз!
И мы пойдем в пляс, еще и еще! Снова поставим на кон все, что у нас есть! Выставим счет врагу на все, что только есть! Давай! Пляши!
И смертельная джига вновь пустится в пляс. Тот, что не остановить. И как только земля нас носит?
Мы сделаны из воска. Мы по иглам пройдем босиком и насладимся этим. Играй! Снова выступим и дай только волю! Кружись! Ведь этот танец не кончится никогда.
Сегодня в черном.
Выставим счет!
А следом в белом!
Сыграем на бис!
И волынка закружит сильнее! Потому что не остановить свободу, не закончить луга, и ветер не пленить. Потому что играет и бежит лихой бес музыки!
Без особого смысла, приходит она ниоткуда, и ноги бросаются в пляс! Давай еще!
Играй! Была не была!
Сыграем еще раз! Закружимся в чумном хороводе, станцуем наш последний танец!
Какой у нас козырь? Тело или душа?
Вдохни и вперед! Играй! Мы вновь выступим вперед, сплетем руки в безумном танце и выйдем в последний раз.
А волынка пусть играет. Ее удел - петь. Наш - плясать.
Так давай! Танцуй!
