Однажды весной из-за непролазной весенней грязи наши танки застряли в кубанской степи. Пехоты с нами было всего человек пятнадцать - остатки какой-то приблудной роты.
Примерно в километре от нас стояла застрявшая колонна немецкой техники, в которой было пять танков.
Внешне казалось, что все солдаты сбежали, живой души не было видно.
Стихийно организовалась группа, от каждого экипажа добавили к пехоте по одному человеку, и мы пошли к немецкой колонне, чуть ли не по пояс проваливаясь в грязную жижу.
Метров 300 оставалось - начали по нам бить снайперы из засады.
Они спрятались в брошенных бронетранспортерах и щелкали нас.
Половина нас выбралась назад целыми.
С места наши танки открыли огонь по немецкой технике.
Вроде все расколошматили. Под утро пошли снова к колонне.
Ночь была морозная, идти стало легче.
А там нас ждала засада, организованная по всем правилам.
Но мы уже действовали осторожнее и сумели уничтожить всех автоматчиков.
Но самое интересное, что ни один танк не открыл огня по нашей группе, хотя было видно, что некоторые машины могли вести бой.
Когда мы осматривали немецкую колонну, меня потрясли две вещи.
Первое - когда бой закончился, и меня как знающего немецкий язык попросили допросить пленных, выяснилось, что немецкие экипажи получили приказ покинуть танки и уходить пешим ходом.
Только механиков-водителей оставили ожидать тягачи для эвакуации застрявших машин.
Сами они друг друга вытащить из грязевой трясины не смогли.
Поэтому немецкие танки в нас не стреляли!
Это нас сильно удивило. Люди им были важнее железа...
И второе - на корме немецких танков, впрочем, как и у нас, находились ящики с инструментом и запчастями.
Так каждая деталь была аккуратно и бережно завернута в кусок красного бархата.
Европа...
Но победа осталась за нами.