М-да, Лондон испортил многие судьбы. Барчуки и барыни дело знали туго. Особенно барыни.
Хорошие девочки - школу на отлично. Книжки, стихи, музыкалка, фигурное катание. Цветаева, Ахматова, Пастернак и Мандельштам. Серебряный век как отче наш.
Кофе, сигареты и сухое вино. Полный артикул - на кривой козе не объедешь.
Народ попроще даже подходить боялся - только свои. Из хороших семей, престижных школ. С репутацией или рекомендацией.
Вежливость, остроумие, начитанность, умеренное диссиденство. Заграничные шмотки, интеллигентные манеры и ореол тайны. Разумеется, романтической - с мечтой на выезд.
А внутри хитрожопая крестьянка, искренне полагающая себя аглицкой барыней по ошибке заброшенной не туда. Цепкая, расчетливая, безжалостная - своего не упустит.
Зато какая обертка, какая поза - изящное, чуть усталое, сдержанное кокетство, стильное, сбалансированное, самоироничное жеманство, тончайшее манипулирование.
Чистой воды аристократизм - без мелкоскопа не отличишь. Вот эта поза всю жизнь и потравила.
На избранника возлагались большие ожидания. Обязательно из своих, перспективный, с хорошей репутацией, образованием, как минимум, подающий большие надежды.
Чтоб обеспечивал, любил, уважал, боготворил и всю жизнь славил бога за удачную партию. Романтичный ухажер, пылкий любовник, интересный собеседник, и вообще, мужчина, которого не стыдно предъявить в свете.
Будущий муж-спутник, способный предоставить бытовой и моральный комфорт - с прицелом на Москву, а вообще-то Запад.
Конечно, никто напрямки не озвучивал полный перечень задач. Раскрывалось постепенно - если бы любил, мог, читай - должен, догадаться сам.
Респектабельность, понимание, снисходительность, терпение. Вынь да полож.
Чтоб рукастый - как Гоша из Москва слезам не верит - приятный бонус.
Сильный, спортивный, умелый. С хорошо подвешенным языком, но не болтун.
Высшее образование и карьерные перспективы. Если наука - звание, авторитет, зарубежные командировки. Завод - восхождение до главного инженера.
Короче, успех - большой, многообразный, многоуровневый, вещественный.
И все это в обмен на право быть рядом - пуще, мужем и отцом будущего ребенка. Допуск к телу, семью, круг или клан.
Девчонки попроще были другими. Конечно они тоже кокетничали, жеманились, надували губки, стыдливо отворачивались, скромно хихикали и говорили мягкое нет, когда наступал момент истины.
Но с самого начала, буквально с первого такта все было предрешено. Разумеется, при наличии симпатии и желания. Обоюдного. Оставалось лишь грамотно исполнить приятный ритуал.
Искренно, весело - с цветами и танцами. Без лишних проблем. Главное, не переборщить, не напугать излишней интеллектуальностью, сюрреалистическим фантазмом или интеллигенческой бравадой.
И тогда - зеленый по всем семафорам.
Надо сказать, аглицкие барыни были в цене. Залезали в мозги по самый мозжечок.
По ним вздыхали и сохли, а за знакомство готовы были заложить душу. Их добивались, любили, боготворили и ублажали.
Хотя на самом деле, это именно они овладевали, укрощали, подчиняли и ставили морковку перед носом ослепленного осла. Далее следовали чисто технические процедуры.
И все бы шло по накатанной, как вдруг взорвалась перестройка.
Тогда сломалось все. Планы, карьеры, ожидания и перспективы.
Мало сломалось, из людей поползла их истинная природа - человекообразная суть.
Причем сама по себе.
Лучше б оставалась в тени - подвел полдень.