“Обо всем уже сказано. К счастью не обо всем подумано”
Представьте наш мир. Каждый его нанометр заполнен атомами изнутри и несет в себе информацию. А теперь перенесем любую информацию в текст и получим непрекращающийся поток символов, слов, предложений. Так вот, в мире интертекстуальности этот поток с помощью автора прекращается и обретает рамки. Это и является глобальным понятием интертекста.
Сам термин был введен в литературоведение в 1967 году теоретиком Юлией Кристевой. Но по сути, интертекст – это зеркало постмодернизма и использовался он до того, как официально стал частью теории литературы.
Течение постмодерна несло в себе объединение стилей и целей, тексты созданные в эту “эпоху” были направлены на все слои общества и как раз интертекст помогал определить уровень эрудированности читателя. Каким образом?
Функциональная сторона интертекста
Интертекстуальность – это своего рода отсылки, “пасхалки” в литературе. Если автор хотел что-то донести до читателя, то он мог это сделать несколькими способами: описать свои мысли или же намекнуть о них с помощью заимствованной строчки из другого уже существующего текста. Именно с помощью таких намеков можно классифицировать читателя как массового или элитарного, ведь опознать отсылки удается не каждому.
Но функции интертекста на этом не заканчиваются. С его помощью можно актуализировать текст, из которого вырвали строчки. Также на основе взятых автором строк можно сделать психоаналитический разбор не только текста, но и автора как личности, ведь у него наверняка были – пускай даже сознательные – мотивы использовать слова из книги, которую он читал ранее.
Если рассуждать об интертексте масштабно, то никакой текст не будет нести в себе ценности, ведь все, что можно сказать, уже сказали до тебя и такие прогнозы, скорее всего, сведут начинающих авторов с ума. Но как говорил парадоксалист Станислав Ежи Лец: “...не обо всем еще подумано”.