Князь Борис Алексеевич не нашел своей дочери другого жениха.
Хотя род Голицыных мог претендовать на самые солидные партии для своих дочек. Да и сам князь достиг такого положения, что за руки его наследниц бились лучшие и именитые роды.
Черкесский сын русского князя
По линии матушки Марфа тоже была не из простых. Хворостинины были из Рюриков. У Марьи было два брата, которым не суждено было продолжить род, а она, как девица, свою фамилию сменила на мужнину. Но это не отменяло породы. Марфу Марья Федоровна родила в 37 лет, своей пятой дочерью и девятым ребенком. Когда Марфуше исполнился год от роду, батюшка сделал единственный и важный выбор в своей жизни - выступил не за царевну Софью, а за ее молодого братца Петра Алексеевича.
Собственно, он приходился ему самым близким из не родных, так что по сути Марфа могла видеть в государе и собственного брата. Батюшка был человеком смелым и политически мудрым, но нрава очень веселого и свободного. Любопытство иногда заставляло его совершать странные поступки.
Так в какой-то момент в доме Голицына появился воспитанник - черкес Девлет-Гирей. Зачем это понадобилось князю, неизвестно, но юноша был непростой. Сын Бекмурзы князя, потомок самого Инала - легендарного правителя Кабарды мог пригодиться в политических вопросах. Но пригодился иначе.
Говорили, что Девлета привезли сюда против воли его родителей князей Джамбулатовых. Но как только наследник оказался во владениях Голицына, его тут же крестили, дав имя Александр.
Попал в дом Голицына Девлет-Гирей еще до того, как Марфа родилась на свет. Тогда ему было около двенадцати лет, а его невеста родилась только лет через пять. Тогда Борис Алексеевич был назначен руководить Казанским приказом. Черкес рос вместе с мальчиками Голицыных Александром и Алексеем. Но тем уже подыскивали невест-дворянок.
Князь Борис старался не отделять наследника Кабарды от своих детей. Но своим сыновьям подыскать пару было проще - наследство молодых князей обещало хорошую жизнь многим девушкам света. А что было взять с благородного, но уже потерявшего все чужестранца?
И тогда Борис Алексеевич придумал новую забаву - отдать за Девлета Александра свою дочь.
И жена его Марфа Борисовна
Жених не из своих Голицына не смущал. Он был широких нравов человек. Он уже выдал старшую Марью за наследника рода Черкасских - они были потомками другой ветки тех же кабардинских правителей.
В 1708 году, когда Голицын надумал женить воспитанника, он был уже мужчиной не юным - Александру было около 37 годов. На место невесты черкеса могли попасть две дочки воспитателя - Анна и Марфа.
Они были почти ровесницы и обе были пока не просватаны. Неизвестно, почему выбор отца был остановлен на младшей дочери. Анна еще нескоро вышла замуж, вероятно, были причины на то, чтоб ее замужество подзадержалось.
А Марфа вскоре и пошла под венец с уже православным черкесом Девлетом-Гиреем. Будучи русской княжной с богатой родословной, она стала супругой князя Кабарды, хоть и растерявшего свое наследство. Сразу после венчания мужа направили на учебу морскому делу за кордон.
Царь Петр в то время как раз и занялся подготовкой своих кадров. Однако Марфа уже успела понести. Всего княжна Голицына родила Девлету Гирею около четверых детей.
Сыновья князя оба получили имя отца, еще у них были две сестры. Говорят, что Марфа очень любила своего черкесского супруга и даже отправилась провожать его в поход, из которого ему уже не пришлось вернуться.
Но и сама Марфа не доехала обратно домой. Судьба как будто решила не оставлять их друг без друга, хоть и напоследок развела. Марфе было всего около 27 годов, ее супругу - 43. От младшего сына супругов осталось четверо их внуков. Род Бековичей-Черкасских продолжился.
