Тарас ПРОХАСЬКО
Думаю не об очередном варианте теории заговора, а о том, что нет ни одного события в обществе, которым бы не воспользовались самые разные силы и группы, хотя бы ради натурного эксперимента и пусть и небольшого довеска к столетней методологии.
То есть пандемия напоминает большие учения по гражданской обороне, участником которых я был, начиная с десятилетнего возраста.
Следовательно, появляется много вопросов, над которыми стоит поразмыслить, придерживаясь традиции критического мышления, благодаря которой все еще держится на плаву европейская цивилизация, не теряя своего смысла, дистиллированного в евангельскую истину.
Главный вопрос: что первично — выход информационной волны из-под контроля властей или запуск властями волны в информационный поток?
Первый вариант лучше: это попытка властей вызвать ожидаемую реакцию на вибрацию информационной решетки. При втором варианте информационная сеть стала инструментом фальсификаций и порабощения. Все это, возможно, следствие господствующей демократии, которая уже не способна управлять огромными массивами свободного волеизъявления.
Синхронные действия государственных режимов, вероятно, демонстрируют новую схему ограничения свобод. За истекшие двадцать лет традиционное пугало терроризма, похоже, стало давать сбои. В новой схеме террористами становятся все. То есть каждый, кто не особо тщательно учитывает то, что сам он невольно представляет угрозу и самому себе, и всем, себе подобным.
Реализуются сталинские постулаты: повсюду зло и опасности, а мы предлагаем тебе счастье. Отказываясь от этого предложения, ты поначалу сам делаешь себе хуже, а впоследствии становишься врагом народа, и тебя следует изолировать ради счастья коллектива и твоего личного спасения.
А всей неисчислимой массе, с которой уже давно стало трудно совладать, предлагается чудодейственный коктейль: это так мило, так уютно, давно уже так не было, наконец-то можно остановиться и насладиться тем, что не успели потребить еще неделю назад. И непрестанно упирать на инстинкт самосохранения (доминанты вчерашнего и позавчерашнего дня — секс и власть — пусть пока подождут).
И начинается шабаш. В тишине и пустоте можно развязать множество узлов, которые завязала недисциплинированная жизнь: войны и мира, виртуальных денег, занятости населения, миграций, демографических диспропорций, производства, постиндустриальных моделей, закрытия границ и возложения вины на соседей…
В конце концов, принятия новой религии. Ведь у новоявленной медицины появился шанс победить христианство. Вскоре стоит ожидать не только превращения медицинских рекомендаций в нормы морали, но и медицинской инквизиции, сросшейся с государством. А из свершенного Христом в массовом сознании могут остаться лишь его чудеса с исцелением (перетолкованные, потому что Он даже в такой сфере применял индивидуальный подход, а не пользовался рекомендациями и предписаниями для унифицированных миллионов).
А что делать с фронтом? Если там появится несколько тысяч или даже сотен зараженных? Как и куда забрать их с передовой? И как привести вместо них на фронт тех, что находятся на карантине дома? Просто перестать стрелять, ведь по ту сторону тоже больные? Что и как на фронте дезинфицировать? Сейчас в предгорьях двадцать градусов тепла в тени. Середина марта. Это серьезно. Но на это не обращают внимания. А люди будут уходить, несмотря на меры безопасности. Грустно, тяжело, правильно, терпимо.
Некоторые тезисы могут быть скорректированы, если специалисты объявят, что все это — просто-напросто начало новой эры. Которая теперь будет всегда.
С украинского