Реанимация новорожденных.
Сидим с шефом на дежурстве в ординаторской, ждем вечерних анализов. Пока ждем, Максимыч, заведующий отделением, историю рассказывает.
— Привезли новорожденного: тяжелая асфиксия, ребенок застрял в родовых путях и никак не мог родиться.
Сделали экстренное кесарево. Внешний вид ребенка такой, будто кирпичом по голове били, не иначе. Ссадины, гематомы. Травматичные роды оказались. Лечить начали: охладили (по-научному “процедура гипотермии”, охлаждение пациента до 34 градусов в течение 3-х суток), судороги купировали, на КТ свозили. Но вообще труба, все плохо с мозгом. Рефлексов никаких, ребенок в коме. Мы уже думали про трахеостому, гастростому, на осмотр никаких реакций нет, движений нет, вообще ничего. По ЭЭГ ритм есть, но амплитуда минимальная. Так две недели прошло, — Максимыч отмахивается рукой, мол, все плохо. И продолжает:
— Вечер. Дежурю. Слышу, медсестра Маша громко вскрикнула. Прибегаю, вижу: стоит с катетером у ребенка, замерла.
А этот ребенок, который в коме уже две недели лежит, взял, да и глаза открыл.
Представляешь, как испугаться можно: лежит ребенок, две недели вообще никакой реакции, понимаешь, что похоже все, без вариантов — вегетативный. Все всё понимают: врачи, медсестры. Маме все объяснено, так и так, прогноз сложный. А потом он раз, зашевелился и глаза открыл. Сам по себе. Когда этого вообще никто не ожидал. Смотрит и моргает.
Мы его подержали еще пару дней на ИВЛ, понаблюдали. Да, ожил, в сознание пришел, движения появились спонтанные, дышит регулярно. Экстубировали, перевели в патологию новорожденных. А чуть попозже выписали домой.
Максимыч загадочно улыбается и продолжает:
— А потом иду я как-то на работу утром, наушники, музыка. Навстречу женщина с коляской. Вдруг резко подлетает и начинает обнимать. Помню, в шубе была. Я ничего не понимаю: “Ты вообще кто?”, — проносится в голове. А потом вспоминаю ребенка с тяжелой асфиксией.
Вот он в коляске: здоровый малыш, в полгода все диагнозы сняли.
Я их видел еще в год и в три: приходили в больницу. Оказывается, живут в соседнем доме.
Я в восторге. Максимыч умеет рассказывать, да и история замечательная. Все-таки чудо в медицине бывает, не перестаю верить в это. И вы не переставайте!
На мониторе появляются результаты анализов маленьких пациентов. И мы с Максимычем идем в палату.