-А вы можете её забрать?
-Что?!-Удивленно спросила акушерка.
-Я хочу, чтобы вы забрали её на эту ночь.
-Нет, у нас дети находятся с мамами. [тоже мне, родят, а потом отбрыкиваются, проскрипела акушерка уходя, как и все, думая о том, что жизнь познана ей наверняка]
—
Страшно, Боже, как же страшно.
Ты лежишь в маленьком прозрачном боксе, смотришь на меня мутным, блуждающим взглядом птенца. Знаешь ли ты, что мама у тебя трусиха. Сжалась в комок всей своей душой, сидит и думается том, как бы не проводить вторую ночь в роддоме с тобой наедине.
—
Страшно взять.
-А вдруг запищит, тогда надо взять.
-А если проголодается?
Сердце колотит в грудь так, что сейчас пробьётся наружу. Все болит.
—
-Доброе утро! Обход. Как самочувствие?
-Хорошее.
-Как девочка?
Боже мой! Она за ночь не пикнула, я уснула сквозь тревогу, как упала в бездну сна и ни разу не проснулась.
-Хорошо, говорю.-Спит.
-Давайте я её распеленаю и осмотрю.
-Нет... я сама. Я сама.