Расскажу сегодня об одном из самых необычных снов, когда-либо снившихся мне. Необычность его состоит в том, что одно сновидение включило в себя несколько историй, следующих одна за другой в хронологической последовательности и в тесном переплетении с историческими событиями нашей реальности.
"Действие происходит в Англии в период позднего средневековья. Я вижу себя девочкой-подростком со светлой кожей, рыжими вьющимися волосами, пухленькими ручками. Третий ребёнок в семье. Старшая сестра замужем за богатым феодалом, средняя - на выданье, и о моей судьбе всё чаще заводили речь. Жили мы в небольшом замке с прислугой. Оба родителя живы-здоровы, но их образ затуманен, отдалён на задний план. Самым важным человеком в моей жизни была нянюшка. Именно ей доверяла все свои секреты и тайные мысли. Она была женщиной в возрасте, с округлыми формами и доброй натурой. Присматривала за мной с ранних лет и была свидетелем всех проказ, не выдавая свою подопечную во избежание наказания.
Припоминаю ещё одну женщину, которая жила с нами, - далёкая и бедная родственница. Её сыновья - верные сотоварищи по играм. Нам позволяли играть вместе, пока мы были детьми, но вскоре общение ограничили. Это не помогло, потому что младший, взрослея и мужая, всё чаще смотрел в мою сторону тем самым особым взглядом, провожая и тяжело вздыхая. Совсем ещё дитя, я испытывала некое чувство благодарности, за то что мою скромную персону заметили и оценили, но не более. Чувство страстной любви ещё не коснулось нежного девичьего сердца. Но возможно ли его избежать по мере взросления и полового созревания? Спустя некоторое время голубоглазый взор верного друга начинает цеплять потаённые струнки просыпающейся женственности и чувственности. Потребность в мужском признании, внимании, любви толкает нарушить запрет. Общение становится более частым и волнующим, но всё ещё невинным. Как долго удастся удержаться на грани?
Нам не суждено было познать таинство любви. Приговором стало объявленное родителями скорое замужество - я обречена стать женой другого навсегда. Узнав о предстоящей свадьбе, сердечный друг искал меня и нашёл прогуливающейся в поле недалеко от дома. Я видела своё отражение в его чёрных зрачках, когда он умолял не совершать роковую ошибку.
- Не выходи за него замуж!
- Я не могу ослушаться родителей!
- Давай сбежим! Стань моей женой, а не чужой! - выдохнул он, прижав к своей груди.
Как будто это в моих силах.
Я так и не вышла замуж за него. И за другого тоже. Рок распорядился моей жизнью иначе.
... Глубокой ночью в одной сорочке босоногая несусь вниз по каменным ступеням, пробегаю мимо огромной входной двери и юркаю в небольшое помещение, наполненное корзинами с овощами, плетёными бутылями, вялеными окороками и другой снедью. Слёзы крупными солёными каплями бегут по щекам, собираются в уголках рта, стекают на белую ткань и моментально впитываются в неё. Не в силах остановиться, в рыданиях изливаю страх, боль и отчаяние. Вдруг тёплая, нежная рука касается головы, и я слышу до боли любимый голос нянюшки:
- Успокойся...
- Нянюшка, я умру?
- Смерть не так страшна, как кажется...
Моя жизнь оказалась в смертельных оковах оспы. В то время это слово становилось безжалостным приговором: либо смерть, либо уродство. Период болезни я помню смутно. Мою фарфоровую нежную кожу покрыли водяные пузыри, липкий пот впитался в ткань и волосы. А потом я умерла... Но сон на этом не заканчивается. Я уже не участник развернувшейся трагедии, но всё ещё зритель.
Мой друг из трепетного юноши превращается в уверенного в себе, сильного духом мужчину. Он женился. Но его брак так и не стал счастливым. Дело в том, что он не испытывал физического влечения к своей жене. Она, будучи совсем юной и невинной, получала от него тепло и заботу отца, но не любовь мужа. Порой в его сердце случалась нежность и благодарность, но не более. Отношение не изменилось спустя годы. Став привлекательной взрослой женщиной, она тщетно силилась понять, почему муж не отвечает на страсть её тела и любовь к нему. Боль разрасталась, проникала в сознание, парализовала душу. Несчастная женщина то плакала, то умоляла о любви, порою требовала и в гневе кричала, а после впадала в отчаяние, сменяющееся оцепенением. В конце концов, муж перестал навещать её по ночам. В минуты уединения, когда печаль заползала в сердце, он предавался своим тяжёлым думам, обращался ко мне мысленно, а я слушала, понимала, отвечала. Наше общение продолжалось на более высоком уровне на протяжении всей его долгой жизни. Я видела его красивым и молодым, взрослым и возмужавшим, старым и немощным. И бесконечно одиноким. Так он и умер.
История закончилась, а я оказалась на огромном пшеничном поле...
Продолжение следует.