В детстве мы обменивались одеждой с друзьями, разрешали им покататься на своем велике и оставались у них на ночевку. Мы выросли, и ничего не изменилось. Только процесс обмена стал новой экономической моделью и теперь называется по-взрослому — шеринг.
Шеринг — это возможность пользоваться вещью, которая нам не принадлежит или быстро получить услугу по запросу
Концепцию шеринга разработали экономисты Рейчел Ботсман и Ру Роджерс в 2010 году в книге «What’s Mine Is Yours: The Rise of Collaborative Consumption». Идея заключается в том, что зачастую потребителю выгоднее и удобнее платить за временный доступ к продукту, чем владеть им. Поставщиками товаров и услуг могут быть физические лица, например, продавцы на сайтах объявлений и юридические — каршеринги и сервисы аренды.
Поэтому в какой-то мере любой шеринг-сервис — это маркетплейс, где встречаются поставщики и потребители
А его активные игроки это те, кто еще десять лет делился всем и со всеми — «зумеры». Дети нулевых выросли в среде, которая обеспечила им легкий и быстрый доступ к информации и ресурсам. Поэтому у них нет инстинкта накопления и они больше восприимчивы к глобальным трендам. И хоть «зумеры» не самые платежеспособные потребители, сегодня они движут шеринг-экономикой.
Ядро аудитории составляют люди 20-30 лет, но в последние годы поколение 50-70 лет тоже начинает шерить. Аудитория экономики совместного пользования растет вместе с распространением этого тренда
Самым большим по объему вкладом в российскую экономику за прошлый год стал сегмент торговли Customer to Customer. Он составил 565 млрд. рублей. Затем идет сегмент онлайн-бирж труда, а за ним краткосрочная аренда жилья. Они внесли 140 и 15,5 млрд. рублей соответственно. Шеринг-экономику активно используют в Москве, Петербурге, Новосибирске, Екатеринбурге и других региональных центрах.
«В целом, рост шеринг-экономики в России укладывается в общемировые тренды. Но есть и отличия в некоторых отраслях. Например, индустрия такси в Москве — одна из крупнейших рынков, который привлекает многие шеринговые компании в области транспорта» — комментирует Егор Кривошея «Коммерсанту». Если же рассмотреть сервисы подписки, то эта сфера услуг еще развивается. А вот фудшеринг уже распространился среди россиян: за прошлый год они спасли 7 тыс. тонн еды.
Мировая тенденция на шеринг-экономику становится устойчивее. Исследование PricewaterhouseCoopers показывает, что к 2025 году мировой объем шеринг-экономики достигнет $335 млрд., в то время как еще в 2015 году её объем составлял $15 млрд. В ближайшие несколько лет шеринг-экономика займет до 30% рынка, а в некоторых сегментах рынка — до 50%. Несмотря на такую динамику, рынок совместного потребления развивается неоднородно.
В Москве и городах-миллионниках уже можно воспользоваться сервисом кикшеринга и взять самокат напрокат, найти нужные товары на свопах или доехать до метро с помощью карпулинга, а для отпуска забронировать жилье или найти попутчика-автостоппера.
Пока что российское законодательство не регулирует шеринг-модель в бизнесе, из-за чего возникают некоторые риски и дополнительные возможности.