В 1941 году Николай Курочкин надел армейскую форму, став пограничником. Войны еще не было, но гроза уже ощущалась... Их 252-й погранотряд стоял в районе Белостока, что на границе с Польшей.
В оенные заметили, как на противоположном берегу оживились фашисты. Начальник заставы отдал приказ держаться вместе, не спать на улице, хотя июньские ночи к этому располагали... Война незаметно вползла в жизнь пограничников. Она началась не с боя, а с дерзкой попытки переправиться на понтонах на наш берег, которую удалось предотвратить. Однако на рассвете застава по команде поднялась и стала отходить. Отход прикрывали лейтенант и три бойца с пулеметами. В том первом бою отряд потерял немало пограничников, раненых несли на себе. Заглянувшие в глаза смерти солдаты еще не знали, что впереди четыре года кровопролитной войны, которая войдет в историю как Великая Отечественная.
– Самый страшный бой он принял в месте Тихонова Пустынь, что под Москвой, в конце декабря сорок первого, – рассказывает дочь Николая Алексеевича Анна Ткачева. – Пять эшелонов с фашистами надо было во чтобы бы то ни стало остановить. В ход пошли станковые пулеметы и пушка, которую бойцы волокли на лыжах. От тяжести пушки, а ее тащили человек тринадцать, становилось жарко как в бане. Но еще жарче был разразившийся бой. И все же фашисты не прорвались, а путь на Мосальск был открыт. И поехала пушка дальше громить врага, и вытирали тяжелый пот солдаты: болота, низины... Все преодолели!
– В 1944 году отца ранили, – продолжает рассказ Ткачева. – К этому времени он был уже отличным снайпером, имел снайперскую книжку. Воевал в 11-й штурмовой гвардейской армии под командованием генерал-лейтенанта Баграмяна.
Шло время, враг отступал, после Курской битвы, где нашему герою довелось сражаться, были другие бои... Николай не раз ходил в тыл к немцам, брал языка, поддерживал связь с партизанами. Форсировал Западную Двину в районе Владово в Польше, бил врага в Карпатах. За героизм в Карпатах и бои за Ужгород был дважды удостоен благодарности Верховного главнокомандующего. А потом в составе 4-го Украинского фронта освобождал Болгарию, Чехословакию, Венгрию, Румынию, где его и застала весть о капитуляции Германии. Победная весна сорок пятого незабываема.
Старшину Курочкина за отвагу удостоили воинской чести – в одном из боев он поднял полковое знамя, после этого стал почетным знаменосцем полка. В июле 1945 года со знаменем в руках он принял участие в Параде Победы союзных войск в Вене. Его грудь украшали медали «За отвагу» и «За Победу над Германией».
– Отец служил до 1952 года, – отмечает Анна Ткачева. – В 1953-м его комиссовали. Война еще долго преследовала его... Он перенес восемь операций, получил инвалидность второй группы.
В пятидесятых Николай Алексеевич с семьей переехал в Орск, работал в Южно-Уральской геофизической экспедиции, затем в головных ремонтных мастерских. С его участием строили медногорский туннель, энергосистемы железной дороги, ДК железнодорожников, трамвайные пути, другие объекты.
К боевым наградам прибавились трудовые. Пока были живы однополчане, Николай Алексеевич с ними переписывался, ездил на встречи. В 2002 году ветеран войны и труда ушел из жизни.