Перелистывая подшивки приговоров военного трибунала Московского военного округа за январь 1952 года, случайно встретил известную среди историков разведки фамилию – полковник германской армии Штольце.
Оказалось, что это тот самый оберст (полковник) Эрвин Штольце, начальник отдела «Абвер-2» – один из самых крупных военных разведчиков Германии, которого вовсе не случайно называли диверсантом № 2 Абвера.
Многие подробности о «немецком следе» ОУН (Организации украинских националистов) мы знаем сегодня именно благодаря Штольце, который непосредственно отвечал за связи с ОУН и руководил проводимыми операциями.
О ревностной службе германских агентов Мельника и Бандеры в самом начале войны Штолле рассказал вскоре после ее окончания – на первом же допросе в «Смерше», датированном 29 мая 1945 года (документы о его задержании в Берлине оформлены 31 мая). Об этом же в ходе следствия он не раз давал подробные показания, часть из которых была озвучена на заседании Нюрнбергского трибунала советским обвинителем Н.Д. Зорей. А в 1952 году, когда из Штольце уже была «выжата» вся нужная информация, он предстал перед трибуналом на Арбате, 37.
Дело рассматривалось 17 января под председательством полковника юстиции Смирнова. Судили Штольце сразу по трем статьям – по Указу от 19 апреля 1943 года, статье 58-6 Уголовного кодекса РСФСР (шпионаж) и закону № 10, принятому союзническим Контрольным советом в Германии специально для суда над нацистами. И хотя Нюрнбергский трибунал не признал Абвер преступной организацией, к Штольце этот закон был применим, поскольку его в 1944 году официально перевели из Абвера в Главное управление имперской безопасности, где он возглавил диверсионный отдел, а потом - секретный «явочный пункт Берлин».
В судебном заседании было установлено, что Штольце в 30-е годы прошлого века входил в состав элиты нацистских спецслужб, был одним из самых опытных руководящих работников военной разведки, в которой прослужил более двадцати лет.
До 1936 года Штольце занимался организацией разведки в европейских странах и СССР. В частности, его агентами были эмигранты – генерал Достовалов, полковник Дурново и др. Последний после оккупации Югославии в 1941 году задействовался в качестве секретного сотрудника в операциях «Абвер-3».
«С 1937 года, - как следует из приговора, - Штольце занимал должность заместителя начальника отдела по организации диверсий и саботажа». В этом отделе, именуемом «Абвер-2», он как раз и организовывал работу с лидерами украинских националистов Коновальцем, Бандерой, Мельником (лично завербован Штольце в 1938 г.) и др.
Из показаний Штольце на допросе 15 октября 1946 года: «…«украинские националисты» и без политических гарантий верой и правдой выполняли наши указания, так как они уже много лет существовали исключительно на деньги германского генерального штаба… В октябре 1939 года я с Лахузеном (начальник отдела Абвер-2) привлек Бандеру к непосредственной работе в Абвере. По своей характеристике Бандера был энергичным агентом и одновременно большим демагогом, карьеристом, фанатиком и бандитом, который пренебрегал всеми принципами человеческой морали для достижения своей цели, всегда готовый совершить любые преступления»[1].
Надо сказать, что тесные контакты ОУН с германскими спецслужбами сложились еще в начале 30-х годов. Штаб-квартира ОУН находилась в Берлине, на Гауптштрассе, 11, под вывеской «Союз украинских старшин в Германии». После прихода к власти Гитлера эта штаб-квартира на правах особого отдела была передана гестапо. В предместье Берлина были построены казармы, где готовили боевиков для проведения диверсий и терактов.
Известно, что и сам Бандера прошел обучение в Данцигской разведшколе. Немцы завербовали его, освободив его в 1939 году из польской тюрьмы. Но здесь случилась неувязка. Разгоревшаяся между Мельником и Бандерой бойня вышла из-под контроля Абвера. В апреле-июне 1941 года она достигла апогея.
Уже после начала войны Мельник пожаловался руководству нацистского рейха, что «бандеровцы ведут себя недостойно и создали без ведома фюрера свое правительство». Бандера был арестован и до 1944 года содержался в лагере. Однако сотрудничество с фашистами после этого не прекратилось…
Из показаний Штольце на допросе от 25 декабря 1945 г., представленных Нюренбергскому трибуналу: «…мною лично было дано указание руководителям украинских националистов германским агентам Мельнику (кличка «Консул-1») и Бандере организовать сразу же после нападения Германии на Советский Союз провокационные мятежи на Украине с целью подрыва ближайшего тыла советских войск»[2].
Об этом же дал подробные показания в Нюрнбергском трибунале начальник отдела «Абвер-2» – Лахузен фон Вивремонт Эрвин.
В приговоре военного трибунала о работе полковника Штольце в первой половине 1941 года сказано лаконично: «В период подготовки фашистской Германией военного нападения на Советский Союз, в соответствии с так называемым «планом Барбаросса», Штольце осуществлял руководство украинскими, литовскими и другими буржуазными националистами, состоявшими на службе в немецкой разведке… В мае 1941 года Штольце лично организовал специальный разведывательный орган «Штаб-Валли», который руководил всей подрывной деятельностью периферийных звеньев «Абвера» на советско-германском фронте»[3].
Следует сказать, что «Штабу Валли» (Абвер-заграница) подчинялись все фронтовые органы Абвера. Именно по указанию этого штаба диверсанты, переодетые в советскую военную форму, занимались разведывательно-диверсионной деятельностью.
Из показаний Штольце, представленных на Нюрнбергском процессе:
- В конце марта или начале апреля 1941 года шеф, начальник отдела «Абвер-2» Лахузен-Вивремонт, сообщил мне о том, что на ближайшее время запланировано вторжение в СССР. В связи с этим я получил приказ собрать все аналитические материалы по России, которыми располагал в тот момент Абвер-2, и наметить перспективный план проведения диверсий и акций саботажа за линией русского фронта. Далее я получил приказ сформировать и возглавить спецподразделение, получившее кодовое обозначение зондергруппа «А», для подготовки диверсий, саботажа и проведения подрывных мероприятий в русском тылу. Примерно в это же время Лахузен ознакомил меня с приказом по оперативному управлению ОКВ (Верховное командование Вермахта) ...В тексте приказа впервые прозвучало кодовое слово «Барбаросса»[4].
Далее Штольце подробно рассказал об организации и проведении подрывной работы, в том числе диверсантами полка «Бранденбург-800», по захвату стратегических объектов – аэродромов, мостов, туннелей, плотин и т.п. В частности, спецгруппы Абвера в Литве должны были заминировать туннель под Вильнюсом и взорвать мосты через Вилию. В Латвии – захватить мосты через Западную Двину, оседлать дороги…
В составе полка «Бранденбург-800» были сформированы и действовали батальоны украинских националистов «Нахтигаль» и «Роланд». Известно, что сразу после вторжения фашистов на территорию СССР боевики этих батальонов устроили во Львове кровавую резню, уничтожая «коммунистов и евреев», включенных в заранее составленные списки.
В начале 1942 года батальон «Нахтигаль» был переформирован в 201-й полицейский батальон СС и во главе с капитаном Шухевичем направлен в Белоруссию для борьбы с партизанами.
Из спецсообщения наркома госбезопасности УССР Савченко от 23 февраля 1945 года, в связи с обнаружением в бывшем здании СД г. Львова сов. секретных документов о переговорах и совместной деятельности с ОУН-УПА, следует, что "ряд руководителей германских армейских разведывательных групп на специально созванном во Львове 19 апреля 1944 г. совещании признали, что основной базой немецкой разведки, откуда она черпает кадры шпионов, диверсантов и террористов – является ОУН и УПА" (ЦА ФСБ России, ф. 4, оп. 3, д.801, л. 195-222, рассекречено в 2008 г.) ...
Штольце знал немало тайн. В ходе следствия и в суде он подробно рассказал о многих операциях Абвера, о приемах и методах работы диверсантов. Он, например, детально описал опытные образцы оружия и спецтехники, химические препараты для засорения авиационных двигателей, приборы бесшумной стрельбы.
Диверсантов обучали определять наименее защищенные места в обороне стратегических объектов, рассчитывать оптимальный вес взрывного устройства, маскировать место минирования и т. д. На те случаи, когда взрывчатое вещество предстояло изготовить на месте, диверсанты имели в арсенале взрыватели, вмонтированные в предметы повседневного обихода, например, в бритвенный помазок, сапожную щётку или дорожный несессер. Взрывчатку же они перевозили, замаскировав под банки с тушенкой, другие консервы или термосы...
Описания Штольце конкретных спецопераций занимают немало страниц.
На допросе 14 июля 1947 года Штольце показал, что в апреле 1945 года он занимался выполнением директивы бригаденфюрера СС Шелленберга, в которой был определен порядок действий в случае угрозы захвата Берлина частями РККА: «заблаговременно подготовить фиктивные документы, уничтожить оперативную документацию, всем сотрудникам управления скрыться и ждать особых распоряжений»…
Военный Трибунал, признал полковника Штольце виновным в совершении им преступлений, предусмотренных ст.1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года, ст. 58-6 ч.1 УК РСФСР и ст.11 § 1 п.п."а" "в","е" закона № 10 Контрольного Совета в Германии. Самое удивительное, что по Указу от 19 апреля, предусматривавшему для нацистов и их пособников смертную казнь через повешение, а также по закону № 10 - он был приговорен к 25 годам лишения свободы. А к расстрелу Штольце приговорили за шпионаж.
Приговор трибунала был приведен в исполнение 26 марта 1952 года.
В заключение остается сказать, что о «немецком следе» ОУН–УПА свидетельствуют не только показания Штольце, но и многие другие факты. В частности, о том, что ОУН фактически находилась на службе у германских спецслужб, дали показания на допросах захваченные в плен в 1945 году заместители Канариса генералы Лахузен, Пикенброк, полковник Бизонц, осуществлявший связь оуновцев с Абвером, и др.
[1]Украинские националистические организации в годы Второй мировой войны. Том 2 1944-1945. М. РОССПЭН. 2012. С. 919-925.
[2] Нюрнбергский процесс над главными военными преступниками. Сборник материалов в 7 томах. Т. 2. М., 1958. С. 643-646.
[3] Архив военного суда МВО, наряд с приговорами за 1952 г. № 41, т.1, с. 32-33.
[4]Показания Штольце, представленные на Нюрнбергском процессе, процитированы Юлиусом Мадером в книге «Абвер: щит и меч Третьего рейха» по: «Материалы процесса против главных военных преступников в Международном военном трибунале», Нюрнберг, 1947. Т. 7. с. 322.