Как мы в семье изобретаем новые слова?
Очень просто: внимательно слушаем старые слова и ждём, когда они слепятся в новое.
Например.
Налила дочке кефир.
Она попросила - я налила.
В итоге смотрю - полный стакан как стоял, так и стоит.
- Катя, пей кефир!
Катя:
- Пью же! Пью же!
Пьюже!
Боже, какое слово!
Шикарное название для маленького острова в Тихом океане, для доброго непросыхающего от рома пирата, для оригинального блюда в стиле фьюжн (это когда сочетают несочетаемые вкусы - мясо с фруктами, например).
Или хотим Кате новое спальное место организовать. Говорим с мужем и дизайнером про диван и про тахту.
Мне идея дивана вообще не нравится, я сержусь:
- Давайте про тахту, про тахту давайте...
Протахту.
Это ж прям Бог Сна в мифологии или имя для индейца, вечно дремлющего на посту.
Класс, да?
А еще из смешного.
Утром дочка просыпается, ушки надевает не сразу, минут пять лежит в кромешной тишине. Сегодня стала баловаться, дрыгать ножками и ручками, и сбила пяткой стакан с водой с прикроватного столика.
Так как говорить что-то бесполезно, я пальцем погрозила строго, брови сдвинув, мол, Катюша, ай-ай-ай!
А она насупилась и отвечает:
- А ты не ругай меня рукой!
Милотаж. Высший милотаж)
Вот в старости я буду неугомонной старушкой, немножко выжившей из ума, которая носится с рюкзачком своих книг, пристаёт к людям с вопросами про счастье и ругает рукой всех, кто хмур и печален, мол, ну-ка улыбнулись - ишь! - смотрите у меня, и мечтает о ссылке на маленький островок Пьюже архипелага Жруже, чтобы там спокойно написать свою сто девяносто пятую книжечку...
Ржуже.
