Найти в Дзене
Азбука Истории

Советское материнство... Часть 2. Человек родился!

Одна известная актриса, на вопрос, почему у нее всего один ребенок, ответила так: Я не смогла бы пережить, чтобы ко мне еще раз отнеслись, как к падшей женщине в советском роддоме… Да, нравы в роддомах царили своеобразные. Женщины превращались в обезличенных существ в живой очереди в родзал. При поступлении им выдавались: косынка, ночная рубашка, халат и тапочки, после многочисленных стирок и автоклавирования, превращенных в серо-буро-малиновые тряпки. Что тоже начисто стирало индивидуальные черты. Не церемонились с роженицами и в разговорах. Ни о каких психологических приемах успокоения и так находящихся в стрессе женщин, и речи не шло. Об облегчении болей тоже задумывались мало. Многие вспоминали потом не процесс родов, а целую цепочку унижений. В СССР были роддома и совершенно другого уровня, конечно. Даже с телефоном на тумбочке в индивидуальной палате, с ласковым персоналом и обезболиванием. Но не всем посчастливилось туда попасть, только особому контингенту. Ведомственные родд
Фото. СССР. 1959г. Из коллекции пользователя: Чеширри.
Фото. СССР. 1959г. Из коллекции пользователя: Чеширри.

Одна известная актриса, на вопрос, почему у нее всего один ребенок, ответила так: Я не смогла бы пережить, чтобы ко мне еще раз отнеслись, как к падшей женщине в советском роддоме…

Да, нравы в роддомах царили своеобразные. Женщины превращались в обезличенных существ в живой очереди в родзал. При поступлении им выдавались: косынка, ночная рубашка, халат и тапочки, после многочисленных стирок и автоклавирования, превращенных в серо-буро-малиновые тряпки. Что тоже начисто стирало индивидуальные черты.

Не церемонились с роженицами и в разговорах. Ни о каких психологических приемах успокоения и так находящихся в стрессе женщин, и речи не шло. Об облегчении болей тоже задумывались мало. Многие вспоминали потом не процесс родов, а целую цепочку унижений.

В СССР были роддома и совершенно другого уровня, конечно. Даже с телефоном на тумбочке в индивидуальной палате, с ласковым персоналом и обезболиванием. Но не всем посчастливилось туда попасть, только особому контингенту. Ведомственные роддома были на вполне хорошем уровне.

А районные роддома отличались суровыми условиями. Дети и матери содержались отдельно. С мужьями и родными, женщины общались зимой с помощью записок, летом через окно. Передачи принимались ограниченное количество времени и проходили тщательный досмотр. Вожделенный кусочек колбасы, например, прятали в пакетике с творогом, в общем – проявляли изобретательность.

Питание было неважным, бытовые условия и того хуже. Один туалет на этаж, невозможность принять душ и совершить другие гигиенические процедуры. Нет, ванные имелись, но они или были закрыты, или имели такой вид, что приближаться к ним было страшно.

Но вот наступал день выписки и оставался позади роддом с его непростыми условиями, и маленький человек попадал в большой мир. Трудно представить, но даже книги с руководством по уходу за младенцами имели идеологическую направленность.

Наряду с описанием процесса пеленания, молодым мамам напоминалось, что они растят будущего советского человека. Сейчас это кажется забавным, а тогда это воспринималось вполне серьезно.

В наше время к молодым мамам относятся очень почтительно, этот статус позволяет многое, а в советское время быть молодой матерью не представлялось чем-то особенным. Напротив, материнство считалось обычным делом. Хотя этот труд был тогда в разы тяжелее из-за отсутствия нынешней бытовой техники и средств гигиены.

Декретный отпуск был куда короче и оплачивался вовсе не щедро, поэтому, многие матери стремились поскорее выйти на работу. А у советских детей был свой путь – ясли, детский сад, школа. Детоцентризм отсутствовал полностью. И тем не менее, советские дети выросли, выучились, и в своем большинстве, стали достойными людьми.