9 мая для меня всегда был особенным днем, волнительным до кома в горле. Нас так воспитали.
На 69 лет Великой Победы, пять лет назад, поехала в Москву. Уж очень хотелось парад увидеть, на празднование в столице и Бессмертный полк на Поклонной горе посмотреть. Меня так и тянуло туда неведомой силой. Сопротивляться не стала. Поехала.
Мама благословила в дорогу.
На три дня хотела: 9 числа парад смотреть, 10 мая в Коломенское (давняя мечта, майской весной, когда все цветет побывать в этом дивном месте), а 11 мая на весь воскресный день к Матроне в монастырь, в очереди стоять, приложиться к святым мощам, дите просить.
Приехавшая из уездного городка, оказалась в огромной сети московского метрополитена. Пыталась понять, где я, куда завернуть, где вообще переход на другую ветку. А люди шли без остановки огромным потоком, подобно реке, мешая собраться с мыслями, сбивая с ног своим напором.
Позвонила маме, поздравила с Победой. Голос слабый, безжизненный. Было раннее утро. Она не проснулась толком, решила я.
Наконец я на Поклонной горе. Трепет, восхищение переполняли. Догоняли эмоции от прошагавшей в трех метрах от меня всей этой мощи и славы нашей страны, парада и военной техники, которая возвращалась стройными рядами с Красной площади по Ленинградскому проспекту.
После Бессмертного полка я присела на лужайку, любуясь красотой парка и мемориалом. Накатывала усталость от намотанного километража, знойного солнца и эмоций.
Мама трубку не брала.
На салют решила не оставаться. Пора добираться до друзей в Пушкино. Станция метро в целях безопасности была закрыта. До ближайшей Киевской идти по Кутузовскому проспекту целую, как тогда показалось, вечность.
И я шла.
Помню ясно свое состояние тогда.
Народ. Шум. Разговоры. Песни. Жизнь вокруг и во всем.
Меня нес людской поток. В этот раз доверилась ему полностью. Невольно перешла на режим автопилота. И это чувство… липкое, дурное, до тошноты. С каждым шагом мне становилось все хуже.
Тревога накатывала с неумолимой силой. Ощутила себя в этом огромном пространстве в окружении миллионов лиц одинокой.
Совсем.
И никого будто нет больше на этом свете. Как ни странно, но одиночество на фоне толпы врезалось в сознание остро, с дикой болью.
Я потерялась.
Мысли путались. В какой-то момент с трудом понимала, где я, куда иду, и почему я сейчас здесь? Но точно знала, что мир опустел. Что-то глубоко внутри мне об этом кричало.
Мама не отвечала…
К Матроне заглянула лишь на часик 10-го утром после того как билеты в домой поменяла на Ярославском вокзале и перед самым поездом подала сорокоуст о новопреставленной Надежде ... и домой, маму хоронить.
А потом я нашлась.
Спустя 40 дней мне дал первую весточку о себе мой сын двумя заветными полосками, которые мы ждали 8 лет. Один мой самый родной человек ушел, чтобы приготовить встречу с другим моим самым родным и дорогим человеком на свете.
Вот оно!
Великое таинство бытия...