Бывший силовик впервые дал комментарий после вынесения приговора.
Осужденный к 12,5 года колонии за коррупцию экс-полковник Дмитрий Захарченко рассказал в интервью «Коммерсанту», как в России побороть коррупцию.
Экс-полковник МВД Дмитрий Захарченко, отбывающий срок в мордовской колонии, впервые прокомментировал “Ъ” свое новое уголовное дело о взятках в объеме 1,5 млрд руб. Заявляя о своей невиновности, господин Захарченко утверждает, что не знает, какими нужно обладать полномочиями, чтобы получать такие откаты. При этом у него есть свой рецепт борьбы с коррупцией.
Во-первых, еще до ужесточения ответственности за взяточничество нужно реформировать судебную систему — «обеспечить независимость и профессионализм судей, иначе борьба с коррупцией превращается в фарс», считает Захарченко.
Прежде чем приступить к решению проблемы высокого уровня коррупции в стране, необходимо обеспечить независимость и профессионализм судейского корпуса, иначе, как видно на моем примере, борьба с коррупцией превращается в фарс. До введения новых санкций, ужесточения ответственности на законодательном уровне необходимо обеспечить хотя бы единообразие применения существующего закона. А так мне дали одиннадцать с половиной лет за мифическую дисконтную карту ресторана под номером 13 545. Это означает, что существует еще более тринадцати тысяч обладателей такой карты. Мои адвокаты просили суд сделать запрос списков всех этих «счастливчиков», чтобы наглядно увидеть, сколько среди них государственных служащих, сотрудников правоохранительных органов. Между тем далеко ходить не надо — в моем деле свидетелем выступал генерал МВД, у которого таких карт две — одна его, другая супруги, и пользуются они ими на постоянной основе с 2006 года. А я стоял в клетке и слушал эту занимательную историю, доносящуюся с трибуны. Потом свидетель поехал домой или в ресторан использовать свою карту, а я поехал в Мордовию. О каком единообразии правоприменения идет речь?
Подпишитесь на новости «ForPost» в Яндекс.Дзен, Telegram, Facebook, Youtube, Instagram, ВКонтакте и Одноклассниках.
Второе — необходимо обеспечить «единообразие применения существующего закона». Захарченко отметил, что в России идёт псевдоборьба с коррупцией, которая зачастую превращается «в средство устранения собственно борцов с коррупцией, тех, кто занимает принципиальную позицию».
Сейчас псевдоборьба с коррупцией зачастую превращается в средство устранения собственно борцов с коррупцией, тех, кто занимает принципиальную позицию. На меня в 2016 году завели уголовное дело, чтобы устранить от расследования по другому уголовному делу — о хищении многомиллиардных денежных средств при строительстве подстанции «Новая». Так называемое дело ОАО «Электрозавод». По этому делу была железная перспектива привлечь виновных к уголовной ответственности и вернуть деньги в бюджет — из публикаций в прессе следует, что дело «убивали» коррупционными методами. В дальнейшем меня «распиарили», искусственно сделав олицетворением коррупции в стране, и стали использовать мое имя для получения званий и наград. Но возбуждение уголовных дел на пустом месте без доказательств, лишение единственного жилья малолетних детей и стариков, выборочное применение закона — все это не имеет ничего общего с эффективной борьбой с коррупцией.
Также, по его мнению, необходимо сократить половину государственных служащих, чтобы количество переросло в качество. Подбор кадров должен происходить по критерию профессиональных качеств. Такая мера сделает чиновников более эффективными, заявил он.
На самом деле необходимо сократить половину государственных служащих — преобразовать количество в качество. Это позволит повысить КПД каждого конкретного чиновника и усилить общественный контроль. При этом подбор кадров должен происходить по критерию профессиональных качеств, а не как у Грибоедова в «Горе от ума»: «При мне служащие чужие очень редки,// Все больше сестрины, свояченицы детки…// Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку,// Ну как не порадеть родному человечку!»
Известный факт, что коррупция там, где много контролеров — рынок должен регулировать сам себя, поэтому либерализация экономики — также важная составляющая, если не для полного искоренения коррупционных проявлений, то для их сокращения точно.
На вопрос корреспондента
" ...давали взятки, допустим, на бытовом уровне — врачам или учителям? А вам во время службы в ГУЭБиПК их предлагали?"
Экс полковник ответил:
— Я никогда не давал и не принимал взяток. Профессии врачей и учителей считаю самыми достойными, требующими поддержки со стороны государства. Зарплата людей, которые выбрали своим делом помощь другим людям, должна быть такой, чтобы не было повода задуматься о получении незаконных вознаграждений. Мой отец — учитель, почти всю жизнь преподавал в школе, до сих помнит наизусть фамилии своих учеников. Его с целью оказать на меня давление осудили по уголовному делу о растрате денежных средств, к которым он не имел доступа, дали реальный срок, видимо, за заслуги перед обществом.
В ГУЭБиПК ввиду специфики деятельности я неоднократно сталкивался с различными провокациями и всегда предупреждал своих сотрудников о том, чтобы они при любых обстоятельствах действовали в строгом соответствии с законом, документировали все свои действия. Ведь борьба с коррупцией имеет обратную сторону: сейчас на неугодного, принципиального и несговорчивого проверяющего достаточно написать заявление в правоохранительные органы (особенно если там имеется определенная протекция) о том, что тот якобы намекал на взятку, при этом сам заявитель освобождается от уголовной ответственности в связи с «деятельным раскаянием», а служащий может долго и упорно доказывать, что он не верблюд. Но я всегда мог в полном объеме отчитаться о своих действиях руководству, представить развернутую аргументацию и обоснование со ссылкой на букву закона. Моя работа никогда не вызывала нареканий у руководства, и ни один свидетель из числа моих бывших коллег не сказал обо мне обратного. Именно поэтому доказательств получения мною взяток, иной моей противоправной деятельности нет и не может быть, а следствие четыре года бьется над искусственным формированием доказательственной базы.
Я надеюсь, что Генеральная прокуратура, суды объективно подойдут к оценке доказательств и фактов и снимут с меня все необоснованные обвинения.
Стоит отметить, что это первое интервью, которое осуждённый за миллиардные взятки дал после оглашения приговора.
Источник: Коммерсантъ
ПОДПИШИТЕСЬ и читайте наш канал!
Если не трудно, 👍 «палец вверх» и поделитесь с друзьями! Не забывайте оставлять свои комментарии, по волнующим Вас темам.