Мальчик стерег овец и, будто увидав волка, стал
звать: «Помогите, волк! волк!» Мужики прибежали и
видят: неправда. Как сделал он так и два и три
раза, случилось — и вправду набежал волк. Мальчик
стал кричать: «Сюда, сюда скорей, волк!» Мужики
подумали, что опять по-всегдашнему обманывает,
— не послушали его. Волк видит, бояться нечего: на
просторе перерезал все стадо.
Л.Н. Толстой. Лгун (басня)
В детстве, когда я читал эту поучительную историю нашего классика, я пытался понять этого мальчика. Нет, автор, конечно, сразу, уже в названии дал его характеристику, он бесспорный и очевидный лгун. Но почему он повторил эту ложь и два, и три раза? Первый раз он мог в самом деле заподозрить в зловещих тенях и таинственных шорохах присутствие зверя и испугаться. Но то,что к нему сразу же прибежали , могло ему понравиться, и ему захотелось повторить, снова оказаться в центре внимания. Но в третий-то раз зачем?
Могло быть иначе. Ему могла придти в голову мысль, что это забавная шутка, и он не долго думая её тут же реализовал. Но шутку никто не оценил. Тогда почему он её повторил? Зачем?
Наконец, возможно,что название должно читаться как полный и однозначный ответ. Он делает это потому, что он лгун. Испытывая потребность что-нибудь солгать, он не придумал ничего лучше, как крикнуть про волка. Однако, реакция взрослых едва ли была одобрительной. Тогда почему он повторяет эту ложь? Может он не просто лгун, а патологический лгун. Но даже в этом случае второго раза уже было достаточно. Зачем же третий? Наверное он не только патологический лгун, но ещё и дебил и не может из своих действий извлечь хоть какой-то опыт. Конечно, в те далёкие годы таких слов, как "патологический" и "дебил", я ещё не знал, но ход размышлений был примерно такой. И соответственно вывод был таков, что врать не надо, но уж если врать, то не так глупо и бесцельно.
А может быть просто-напросто ему было скучно и одиноко среди овец, ему хотелось хоть какого-нибудь общения, какого-нибудь внимания...
Вспомнились мне мои детские мудрствования в последнее время, когда я начал замечать во многих поступках вполне взрослых людей ту же нелогичность поведения, что и у толстовского мальчика. И громкие страхи перед фантомной опасностью, и иррациональное стремление собрать большую толпу, и бездумное повторение явной лжи и два, и три раза. А на самом деле на пятачке своего инстаграма или твиттера они чувствуют себя одинокими, как на обширном и пустом лугу с овцами, и хочется позвать кого-то на помощь.
Может быть, сегодняшнее всеобщее стремление "пиариться" - это есть крик: "Волк! Волк!", разносящийся по сети, чтоб избавиться от страха перед пустотой? Помните, ещё Луис Фюрнберг писал: "Право, хуже всего - больших городов одиночество. Люди ищут друг друга, но нет никого вокруг".