- Кому не нравится кофе?
- Да кому он(о) может не нравиться?
Привычка - страшное дело, в языке - так же, как и во всём другом. Научили человека, что кофе - мужского рода, и пойди его переубеди. С пеной у рта будет доказывать - что никак иначе. Откуда это буйство эмоций?
Казалось бы, в русском языке все существительные на «-е» - среднего рода (море, поле, солнце). Логично предположить, что и кофе - такое же. Но как же, оно, мол, у нас немецкого-голландского-итальянского происхождения, и там у него - мужской род (хотя в арабском первоистоке, копайте глубже, и вовсе - женский).
Это, конечно, замечательно, но какое дело русскому языку? Когда человек, знакомый с другими языками, вставляет в русскую речь иностранные слова, он, скорее, будет пользоваться при этом правилами языка-источника, да. (Для этого надо быть достаточно щепетильным и знать, как минимум, два языка.) На первом этапе с заимствованиями так и бывает, вплоть до того, что на письме их даже не перекладывают на кириллицу (например, у Пушкина в «Онегине» roast-beef, а не ростбиф, entrechat, а не антраша).
Но если слово приходится ко двору, оно «русеет» и приобретает несвойственные ему изначально (но подходящие к новому окружению) качества. Какая разница, как обходится с «алкоголем» родной ему арабский язык? Или с «ковбоем» - английский? А кто-то помнит, что «малиновый» звон имеет отношение к бельгийскому городу Мехелену (по-французски - Малин), который славился производством звучных колоколов? Не малиновый, значит, звон, а малинский или, точнее, мехеленский?
Но это заботит разве что буквоедов-лингвистов. Для остальных - забыто и списано. А тут - и языков-то никто не знает, а всё стараются симулировать. Такое оно драгоценное, это кофе.