Оглавление
Голову дракона вывесили над главными воротами, а остатки шкуры пустили на куртки для защитников города. Мне тоже досталась одна. Хорошо скроенная и выкрашенная в черный, на спине широкие чешуйки внахлёст, отливающие металлом.
Я покрутил её перед глазами, провел пальцем по чешуе, отметив слабое тепло. Хмыкнув, спрятал в шкаф, сейчас она мне не пригодится. Курс лечения занял полтора месяца, которые я провалялся на койке в одной позе. Сейчас, дорвавшись до комнаты в таверне, собрал рюкзак и твердо намерился выбраться за город к озёрам.
В конце концов, я вернулся в игру просто порыбачить и побродить на природе. Тем более, за схватку с драконом, думаю, заслужил пару дней любимого хобби.
Кристина хотела пойти со мной, но я отказался — личное пространство и время неприкосновенны.
Плюс нужно обдумать случившееся, отойти от ночных кошмаров, мучивших каждую ночь в больнице. Вот почему я не боялся когда карабкался на дракона, даже когда падал с него? Почему липкий ужас охватил значительно после?
В коленях растеклась слабость, голова закружилась. Я сцепил зубы и вернулся к проверке снаряжения. Простые действия отлично помогают перебороть подобные вспышки.
Удочка? На месте. Прикорм? Здесь. Складной стульчик и фляжка? Тут.
Я немного успокоился, но тревожные мысли просто сменили направленность. Вспомнилась нежить — ими командовали умертвия в латах. Выстраивала в боевые порядки перед атакой, направляла удары и координировала. Доселе тактику использовали исключительно монстры в рейдах, особенно в ближайшем к нам.
На дне исполинского кратера в тропическом лесу живут племена ящеролюдов. Они защищают вход в рейд, и для отражения атак игроков использовали партизанские тактики. Кооперировались и устраивали ложные отступления.
Ох, сколько они крови мне пустили в год освоения рейда...
Но то, что у других мобов появились способности к тактике, очень тревожный сигнал. Остается надеяться, на то, что это было простое исключение. В противном случае, нам придется туго.
Замотал головой, разгоняя мысли, как надоедливую мошкару, прорычал под нос:
— Хватит! Я. Иду. Рыбачить. Всё остальное подождёт!
***
Собравшись, поколебался, но накинул подаренную куртку, оказавшуюся на диво удобной. Повел плечами, напрягая мышцы, довольно хмыкнул и вышел из комнаты. В зале встретил Даскина, тавернщик широко улыбнулся.
— О, мастер Гин, рад видеть Вас в добром здравии! Куда путь держите?
— Да так, решил порыбачить, отдохнуть. Если придет Кристина, передай ей, что я задержусь на пару дней.
— Хорошо, и хорошего клёва!
Распрощавшись, вышел на улицу и поморщился, на противоположном конце улицы, у входа на площадь собирается толпа. До меня долетают обрывки воплей-молитв. Над головами мельтешат грубо сколоченные таблички на высоких палках с кривыми речёвками, намалеванными красной краской.
— Кара Господня!.. Не позволим!
Даже отсюда вижу выпученные глаза и перекошенные лица. Торопливо отвернулся и зашагал к переулку, обойду их и выйду к малым воротам у восточной стены. Есть риск столкнуться с фанатиком, но не переться же через весь город.
Крики сектантов слышны даже на соседней улочке, людей здесь нет, после нападения дракона жители перебрались в противоположную сторону города. На меня смотрят пустые окна, запачканные сажей стены. Под сапогами похрустывает сбитая черепица и битое стекло.
Ремонтные работы доберутся сюда еще не скоро, в первую очередь восстанавливают стену. Дома, поврежденные слишком сильно, снесли, а здесь... здесь все вроде бы в порядке, но без жителей быстро приходит в негодность.
Если не принять меры, может завестись мелкая нечисть.
От раздумий отвлёк слабый стон, я остановился и огляделся. В куцем промежутке меж домов, оканчивающимся тупиком, лежит тело. Если бы не стон, я бы прошел мимо, приняв за кучу рваного тряпья.
Одежда бедняги изодрана и заляпана кровью, он пытается ползти, но только дергает руками. Я осторожно приблизился, дотронулся до плеча, под пальцами ощутилась отвратительная мягкость. Осторожно перевернул, в нос шибанул смрад больной плоти. Передо мной лежит игрок в теле человека-зверя, но настолько изуродованный, что невозможно понять, кто он точно.
Вытянутая морда деформирована, кожа похожа на мясную пену, один глаз закрыт отвратительно розоватой плотью. Шерсть торчит куцыми пучками, потерявшими цвет. Пасть приоткрыта, белый язык высунулся в щель от выпавших клыков.
— Чёрт... — пробормотал я, сдерживая рвотный позыв, — что с тобой случилось?
Вместо ответа — стон. Игрок попытался взять меня за ладонь, руки оказались деформированы, словно высохшие спагетти.
— Не дергайся, приятель, экономь силы. — Пробормотал я, судорожно открывая контакты.
Вызов шел невыносимо долго, наконец Кир ответил.
— Да? Всё таки решил позвать на рыбалку?
— Кир! Срочно нужна изолированная палата!
— Что? Зачем?
— Я... думаю это болезнь... чёрт... я в заброшенном квартале, недалеко от Сломанного Рога. Быстро! Нам нужен карантин!
