Утром пятого марта Пал Палыча перевели на другой объект. Раньше он охранял стройплощадку — работа была терпимая, сидел в вагончике у перегороженной дороги, по ночам никто не доставал. Потом микрорайон достроили, и Пал Палычу предложили вариант посолиднее: вахту в детском саду.
Новое место не понравилось ему сразу. Заведующая терпеть не могла охранников за то, что никто из них не держался на месте больше недели, и невдомек ей было, дуре, что с охраной надо дружить, а не устраивать истерики по поводу кружки чая, выпитой на рабочем месте. Курить запрещали начисто — Пал Палыч смалил за воротами детсада, но и это считалось великим грехом. Даже стакана горячей воды на кухне было не допроситься.
Пожилому мужику, особенно одинокому, трудно привыкнуть к такому свинству. Он жил без анестезии, даже сто грамм стали не комильфо после инфаркта, оставившего в сердце дыру шириной с английскую булавку. Жаловаться на жизнь он не умел, да и бесполезно это. В нашей богатой и доброй стране, как известно, все очень внимательны друг к другу, а если откроешься и дашь понять, что тебе реально плохо, то набежит стая шакалов и лишишься последнего.
Короче говоря, Пал Палыч сделал лицо топором и не отказывал себе ни в чае, ни в обеде. Но тут была еще одна проблема. Готовить он не любил и не умел, но яичницу мог сварганить (на прежнем объекте даже бульон варил). А здесь, на детсадовской вахте, пришлось отказаться даже от малого: не было ни печки, ни микроволновки, так что на работу он покупал пирожки, и всегда неудачно — дня не проходило, чтобы не приходилось по полчаса сидеть в туалете.
Обедал Пал Палыч после полудня, когда в детсаде начинался сонный час и делать было особо нечего. В то же время на первом этаже появлялась уборщица, Наташа. В первый же день Пал Палыч поймал на себе ее жалеющий взгляд. Было ей около пятидесяти, миловидная привлекательная русская баба без обручального кольца и признаков бурного прошлого. Просто несчастная хорошая женщина, есть такой типаж. Через неделю, когда Пал Палыч по обыкновению расположился со своим убийственным обедом за рабочим столом у входа, Наташа, стесняясь, поставила перед ним пластиковый контейнер с горячим супом и шепнула, что заведующая уехала, ее стукачи тоже разбежались, в общем, приятного аппетита.
Вкусная еда составляла редчайшую, экзотическую часть жизни Пал Палыча. После обеда он тщательно вымыл контейнер и вернул с благодарностью. На следующий день был наваристый борщ, на третий — плов с черносиливом, на чевертый... А шестой день, субботу, они провели вместе, и оба поразились — откуда силы взялись? Сутки не выходили из квартиры, измяли кровать, как сотня кроликов. И таких дней было много, а сколько их будет еще — бог весть... В общем, жизнь наладилась.
- А для тех, кому еще не выпал шанс поздней любви — действует служба знакомств для пожилых: http://love.moi-goda.ru