Тринидад, 1863
В порту
Калео знал, что никогда не разлюбит Наону, знал, что даже по ту сторону земной жизни они навечно останутся новобрачными на алтаре венчающего их Солнца. Одинокая жемчужина, нанизанная на дешевую леску, уютно забралась в ямку на ее шее и издавала переливы северного сияния, обрамленного ночным небом ее темной кожи.
В порту Тринидада Калео когда-то украл закрытую морскую раковину на местном рынке.
Юноша услышал однажды, как торговец говорил одному из зевак, у которого точно не было денег на жемчужную лотерею, что почти все ракушки – пустышки, но есть лишь пара штук, взрастивших в себе драгоценное зерно, которые торговец ловко достает из-под лавки, если покупатель требует продемонстрировать доказательства наличия манящего перламутра.
В один день к торговцу заглянули какие-то богатенькие англичане-аристократы, пожилая пара, они были с ног до головы одеты в белое и как два светила ослепляли всякого смотрящего на них, казалось они поблескивали на солнце, как два тщательно отполированных ювелиром обручальных кольца из белого золота. Высокая женщина в платье в пол, кружевной накидке и шляпе, с широкими полями, остро перерезавшими ее лицо наискось так, что было видно лишь ее горбатый нос и тонкие губы, четко обведенные по контуру бордовой помадой, держала под руку мужчину не менее возвышенного вида. Думается, им наскучило гулять по порту в ожидании парома, и они решили развлечь себя какой-нибудь потешной и абсолютно дурацкой ерундой. Их выбор пал на жемчужную лотерею, что может быть глупее: им ли не знать, какова вероятность того, что хоть в одной сотни этих ракушек окажется драгоценный перламутр…
Мужчина терпеливо выслушал легенду торговца о жемчужинах удачи и решил потешить свою даму, побаловав дырявый карман торговца и выбрав аж девятнадцать раковин из разных углов вываленного на широких стол ассортимента. Престарелый джентльмен протянул торговцу холщовый мешочек, тот сразу чувствительной до звонкой монетки рукой определил на вес, что плата была щедро преувеличена. Хитрец, потянувшись за первой псевдо-ракушкой, чтобы положить ее в авоську, уже мысленно прыгал по полю своего скромного фермерского владения к женушке с новостями о том, что они покупают двух жирненьких свиней, а может перспективного жеребенка… Но тут престарелая пара бесстыдно вернула его своими покашливаниями и галантными извинениями в суровую тринидадскую реальность, попросив мечтателя раскрыть все ракушки при них, якобы в их багаже не найдется местечка для такого груза, только если им не станет жемчужина. Торговец, обладая минимальным набором вычислительных способностей и таким же минимальным наличием совести, все-таки пришел к выводу: среди девятнадцати раковин неплохо было бы появиться одной с заветным жемчугом… в добавок это избавило бы торговца от дурной, хотя и заслуженной славы обманщика-прохвоста и принесло бы бонусом каких-никаких покупателей.
Рассказывая очередную нелепую портовую присказку, торговец умело открывал ножом одну раковину за другой… первая, вторая, третья – история о прекрасных русалках, живущих на дне Карибского моря; следующие пять – о непутевом пленном моряке, выброшенным за борт кровожадными бородатыми пиратами, еще шесть – о свете, пробудившем его от наполнившего легкие водой смертельного сна, который озарял все морское дно будто бы самое обычное солнце; четыре предпоследние раковины – о жемчужном царстве, где в большой тайне от человеческих знаний жили невиданные доселе существа, покрытые чешуей, кораллами, бордовыми водорослями… и русалки, одна из которых влюбилась в моряка. В знак своих губительных чувств, запрещенных подводным кодексом, она подарила ему свое сердце, спрятав его в пустую раковину, и помогла всплыть. Моряк, уверенный в том, что мозг от нехватки кислорода, атаковал беднягу галлюцинациями, не смог уберечь сердце русалки, которое высохло под солнцем до маленькой жемчужинки… на этой трагической ноте, торговец ловко нырнул рукой под лавку и достал девятнадцатую раковину, в которой абсолютно неожиданно оказалась та самая жемчужина, ведь тот моряк – это… без сомнений, сам торговец! Пока пара покатывалась со смеха и хлопала в ладоши вместе с толпой безмозглых зевак медленно закрывавшими рты от удивления, а торговец купался в овациях, Калео ловко занырнул под лавку, схватил еще одну «истинную» ракушку и слился с прохожими.
Автор: Sonya Buddha